Не слишком удобные туфли уже стёрли ноги, но она упрямо двигалась вперёд. Позади шёл угрюмый Елисей. Все попытки завязать диалог сводились к тому, что Царевич устал, хочет есть или натёр ноги. И без того уставшая Катя злилась. Ну что за нытик? Почему из всех принцев ей достался самый противный? Даже на подвиги не способный. Интересно, а как он сюда-то добрался? Вряд ли ножками.
— Елисей, а где конь твой? Ты же царевич, почему пешком? — полюбопытствовала она.
— Люблю пешие прогулки, — пробурчал Царевич.
Сбоку раздалось тихое похрюкивание, как будто кто-то пытался скрыть свой смех. Катя подошла к краю луга, раздвинула руками траву и обнаружила там малолетнего любителя поцелуев, по совместительству, своего жениха номер два.
— А ты что здесь делаешь? — она упёрла руки в боки и с удивлением уставилась на мальчишку.
Тот, поняв, что его рассекретили и можно не сдерживаться, откровенно заржал:
— Тоже мне, любитель пеших прогулок нашёлся! А чего ноешь всю дорогу — ой ноги болят, ай камень попал, эх поесть бы… Тьфу, слушать противно.
Елисей насупился, но молчал.
— А коня он, — гном посмотрел на Катю, — В ближайшей таверне в карты проиграл, когда «торопился» невесту спасти.
— Ах ты, карлик противный, я тебе сейчас, — замахнулся Елисей.
— А ну отставить рукоприкладство! Детей бить нельзя.
Почувствовав защиту, мальчишка спрятался за спину Кати и показал Елисею язык.
— Это правда про коня?
— Угу, — буркнул мужчина.
«Блин, почему мне такой сон дурацкий снится? Нет бы замок старинный, принц геройский на белом коне, а не это недоразумение».
На горизонте показалась телега, запряжённая лошадёнкой. Не карета конечно, но всё лучше, чем на своих двоих. Старик, управлявший повозкой, согласился их подвезти. Елисей было сморщил нос от такой перспективы, но, увидев, как гневно смотрит на него Царевна, молча полез на телегу. Гном устроился рядом и, беспечно болтая ногами, сказал:
— До бабки нам далеко, заночевать бы, скоро стемнеет.
— Дедушка, а где можно на ночлег остановиться, есть тут гостиница или отель? — тут же поинтересовалась Катя у старика.
Дед странно посмотрел на неё:
— Чудно говоришь, внученька. Можешь у нас с бабкой переночевать на сеновале. Про отелю я не слыхивал.
«Точно, — девушка мысленно стукнула себя по лбу, — Тут корчма или таверна. Какие гостиницы. Дааа, блин, попала, так попала. Но и на сеновале неплохо, в детстве летом за счастье было в деревне на сеновале спать».
