Неужели бабка не наврала, а действительно что-то видит?
— Нууу, — одними глазами старуха улыбалась, переводя хитрый взгляд с Кощея на меня, на мой живот и обратно на Кощея, — Кто ж такими вещами шутит? Ты что, сам-то не чуешь?
Мгновение — и меня подхватили сильные руки будущего мужа, закружили, прижимая к себе крепко-крепко!
— Я так рад, ты даже не представляешь! Как я мечтал о детях.
— Поставь на место, ирод! — недовольно ворчала бабка, — Ишь чего удумал!
Кощей нехотя опустил меня на землю, но из объятий не выпустил. До меня медленно-медленно доходил смысл произошедшего. Я. Беременна. Тройней. Капец. Нет, я, конечно, рада, но тройня?
— А ты уверена, что?.. — задумчиво стал что-то подсчитывать в голове Антон.
Он принялся лихорадочно вспоминать, сколько времени прошло после того, как он ушёл, хлопнув дверью.
— Главное, что я в этом уверен, — тут же отреагировал Кощей, — Идём, что там нужно было этой кикиморе? Справка? Будет ей справка.
И мы продолжили свой путь, правда, слегка перестроив маршрут через женскую консультацию. И ближе к вечеру с заветной бумажкой в руках появились у подъезда, где полным составом сидели любопытные старушки. Завидев нас, без стеснения они приступили к обсуждению.
— Смотрите-ка, при живом муже с полюбовником обжимается.
— Здравствуй, Антошенька, — полностью проигнорировав остальных, кивнули ему сочувствующие бабки.
— Драсьти, — буркнул хмурый муж.
— Вы идите, — остановилась Яга у скамейки, — А я, пожалуй, задержусь, погода отличная, подышу свежим воздухом.
Бабки оживлённо переглядывались друг с другом, мол, что за пополнение в их рядах. Бодрым шагом Яга подошла к краю скамейки, хлопнула в ладоши, и, как по команде, все сидящие сдвинулись влево, освобождая ей место.
От манёвра главная сплетница, сидевшая с края, плюхнулась на землю, а на освободившееся место уселась наша бабуля.
— Познакомимся? Меня Ядвига звать. Ну, которая там из вас мою мнучку больше всех не любит?
Дальнейшего разговора мы не услышали. Кощей утащил меня в подъезд, заверяя, что Яга способна сама за себя постоять. Ещё местные придут пощады просить.
Маша пнула ногой дверь в спальню Ифрита, и та с грохотом отлетела в стену.
— Чего орёшь? Кругом люди спят! — грозно поинтересовалась девушка у обалдевшего её эффектным появлением Ифрита.
Жасмин исчезла по пути к брату — слишком силён её страх перед ним. А вот у Маши то ли инстинкт самосохранения ещё не проснулся, то ли она устала бояться, но страх отсутствовал совершенно.