Фантастика — это история, захватывающая как по сюжету, так и по атмосфере, когда обычное становится необычным. В десятилетие капитализма новость об аварии «областного значения» привлекла бы всеобщее внимание, но в советское время она остается в тени. Атмосфера книги наполнена дымом, неразберихой и неуверенностью, в которой заключено будущее страны....
– Говорил, трое! Меня из-за тебя чуть на замочили!
– Ааа? – не разобрал его быстрой речи напарник, но сам проблеял про то же. – Нее пойумуу, откууда еще одиин взяялся. Моожеет, четвеертыый ноочью сменяаетсяа? Лаадно, плеваать. Живеей!
Дронов и сам понимал, что пошевеливаться надо, а то лысый начальник или та крашеная девка, про которых говорил Дарновский, наверняка уже за телефон схватились – после такой канонады.
Насчет девки он, однако, ошибся. В коридоре, за первым же поворотом, налетел на нее. Очкастая, в белом халате, рот разинут, глаза выпучены.
– Держии ее! – крикнул сзади Дарновский. Подбежал, оттолкнул, вцепился девке пальцами в плечи, а взглядом впился в лицо. Задал вопрос всего из одного слова:
– Где?
– К-ктоо? – тоненько заикнулась блондинка.
– Самаа знааешь!
Она ничего не ответила, только сглотнула, но умник ни с того ни с сего сказал:
– Даа, нам нуужен Илья Петроович.
У той кровь так и отлила от лица. Но упираться очкастая и не подумала. Показала куда-то дрожащим пальцем:
– Это там…
– Скорей, лысый вызовет подмогу! – крикнул Сергей, которому была невыносима медлительность тех двоих.
Дарновский его понял – начинал привыкать к скороговорке, что ли.
– Не вызовет. Он в звукоизолированном отсеке. Выстрелов слышать не мог.
– Откуда ты знаешь?
Умник лишь улыбнулся своей поганенькой улыбочкой. Когда-нибудь он проглотит ее вместе с зубами, пообещал себе Дронов, и напарник сразу посерьезнел.
Коридор закончился дверью с электронным замком.
– Открывай! – приказал Роберт.
А Сергей из Режима пока вышел. Нельзя злоупотреблять – слишком много сил высасывает, а они еще могут понадобится.
Блондинка тихо сказала:
– Код знает только Илья Петрович…
Дарновский снова взял ее за плечи, будто собрался поцеловать.
– Ну так вызови его.
Сообразил же, что лысого Илью Петровича можно вызвать! Умник есть умник.
Очкастая девка нажала какую-то кнопочку:
– Да? – отозвался приятный мужской голос. На всякий случай Сергей взял блондинку двумя пальцами пониже затылка и сдавил – мол, если что, хребет сломаю. Дарновский тоже внес свой вклад – приставил ей «стечкина» к виску.
– Илья Петрович, это я, Алина.
Пискнул замок, дверь приоткрылась.
Тихоня"
"Сергей сразу цапнул иголку и вперед. Токо-так, токо-так!
Комната без окон. Искусственный свет, яркий.
