Фантастика — это история, захватывающая как по сюжету, так и по атмосфере, когда обычное становится необычным. В десятилетие капитализма новость об аварии «областного значения» привлекла бы всеобщее внимание, но в советское время она остается в тени. Атмосфера книги наполнена дымом, неразберихой и неуверенностью, в которой заключено будущее страны....
Бах! Бах! Бах!
– Вот сука вертлявая! – выругался московский, выставил руку с волыной вперед и побежал прямо на Дронова.
Тот развернулся и дернул вдоль железки, что было мочи, стараясь двигаться не по прямой, а зигзагами.
Товарняк уже пронесся, и до переезда с автоматическим шлагбаумом оставалось всего ничего. Там машины ходят, фонари горят – добежать бы только.
Теперь жахнуло громко, и пуля просвистела у самой шеи.
Серега с перепугу зажмурился – и не заметил под ногой камень. С разбегу, с размаху зарылся мордой в землю, чуть через голову не перелетел.
Хотел подняться, а правая нога не держит! Подвернул. А может, вообще сломал.
Недалеко оторвался он от погони, метров на тридцать. Если б нога не подвела, удрал бы, а так всё, кранты.
Московский неторопливо трусил к нему по дорожке, на ходу меняя обойму. Штык поспевал сзади.
Вдруг кто-то громко крикнул:
– Эээй, ребяаатааа! Чтооо это у вааас тууут творииитсяаа?
На переезде, по ту сторону железки, стоял мужик, то есть гражданин – в шляпе, при галстуке.
Московский остановился, оглянулся на Штыка.
Тот махнул рукой: валим отсюда!
Ясно, зачем им свидетель? Одно дело Серегу Дронова кокнуть и после под электричку кинуть. Совсем другое – грохнуть солидного человека в шляпе. Тем более там еще «волга» стояла, черная, с зажженными фарами. Вроде даже и шофер за рулем сидел.
Штыка с его московским мочилой как ветром сдуло.
Гражданин подошел.
Сначала еле двигался, но когда Серега понял, что останется жив, и съехал с «токо-така», шаг незнакомца сразу ускорился.
– За что это они тебя пристрелить хотели? – с любопытством спросил он, присаживаясь на корточки.
Значит, все-таки слышал выстрелы? И не убежал? Чудно.
– Ногу зашиб? – гражданин помог подняться, довел Серегу до штабеля бревен, усадил. – Жалко. Такие ноги беречь надо. Какой спурт!
– Чего? – насторожился Дронов.
– Спурт. Рывок в забеге. Я не замерял, но, по-моему, на мировой рекорд тянет.
Не «стрелял», а «выстрелил»? Значит, дядька видел только самый конец – как Серега, пригнувшись, дул вдоль шпал. Ну да, раньше ему товарняк заслонял, понятно."
"– Не знаю. Шпана какая-то привязалась, – пробурчал Серега и потрогал щиколотку. Кажется, опухает.
– А ты сам кто? – не отставала любопытная шляпа.
