Автор
Мне сразу стало ясно, что моя жизнь изменится после незапланированного пробуждения. Вокруг меня царил хаос: все казалось подчеркнуто реальным, но изнутри несло флером загадочности и секретов. Этот новый мир требовал от меня принятия и открытия, и я был готов к большему — к чему-то невероятно сложному и захватывающему....
В частности, укрылся за Мусей, как за бронированным щитом. Если я хотел отказаться от участия в каком-нибудь мероприятии (а меня постоянно о чем-то просили и куда-то приглашали), то это с успехом делала Кошечка, поскольку всем давно уже было известно, что обращаться по официальным поводам нужно только к ней. Когда кто-нибудь ухитрялся прорваться ко мне по телефону, я сразу отсылал к своему литагенту, ссылаясь на то, что всем расписанием ведает она.
Между прочим, такое вот систематизированное представление о собственном характере и привычках появилось у меня не само по себе, а исключительно благодаря долгим беседам с Бегемотом Викторовичем.
"Собственно, та беседа (я очень хорошо ее помню) началась с вопроса, который задал мне Бегемот: а зачем мне нужен литагент? Ведь 99 процентов российских авторов прекрасно обходятся собственными силами.
Во-вторых, Муся делает за меня то, что все нормальные люди делают для себя сами. Звонит, договаривается, выясняет, расплачивается. Даже дает оформленные в виде подарка взятки, когда это нужно. И не потому, что я ленивый. Дотошный Бегемот взял меня за ручку и повел далеко-далеко, в самое мое раннее детство, и неожиданно из памяти вынырнул эпизод с бассейном.
Мне было пять лет, и родители, ужасаясь моей растущей полноте и неподвижному образу жизни в обнимку с книгами, решили отдать меня в секцию плавания.
- Войдешь внутрь, Андрюша, разденешься в гардеробе, поднимешься на второй этаж, найдешь комнату номер четырнадцать и спросишь...
Он назвал какое-то имя, но теперь я уже не вспомнил какое.
