Автор
Раненый воин теряет память и становится рабом. Но судьба дарует ему второй шанс — вскоре он возглавляет могучее войско. Перед Фарамундом открывается путь к власти и славе, но прошлое настойчиво стучит в дверь, грозя разрушить его новую жизнь.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Фарамунд» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Раненый воин теряет память и становится рабом. Но судьба дарует ему второй шанс — вскоре он возглавляет могучее войско. Перед Фарамундом открывается путь к власти и славе, но прошлое настойчиво стучит в дверь, грозя разрушить его новую жизнь.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Юрий Никитин Легкое чтение Фантастика Зарубежная фантастика подборки серии
Раненый воин теряет память и становится рабом. Но судьба дарует ему второй шанс — вскоре он возглавляет могучее войско. Перед Фарамундом открывается путь к власти и славе, но прошлое настойчиво стучит в дверь, грозя разрушить его новую жизнь.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я убивал бы всех, кто посмотрит на нее косо! Я бы неслышным призраком носился по всему бургу, слушал, что о ней говорят, и убивал бы всех, что о ней молвит худое слово...
Тревор засмеялся:
— Ты бы впервые остался без дела! Лютеция... возможно, единственное существо на свете, о котором никто не скажет худого слова. Даже когда она не права. Вот, к примеру, не дала тебя раненого дорезать, что было бы только правильно: все так делали. Что, разве я ее обругал? Нет. Хоть был прав я, а не она! Но, ты ж видишь, ее неправота всегда оказывается потом большой правотой.
Глава 15
Влажный и теплый воздух к ночи стал еще теплее. Стены его покоев начинали скользить мимо все быстрее, просто мелькали, как бревна в частоколе, когда на полном скаку несешься мимо, затем Фарамунд обнаруживал, что почти бегает взад-вперед.
На стенах ярко горели светильники. Их называли, кажется, лампадками. В последнем из захваченных городов Фарамунд, памятуя, что Лютеция приняла веру нового бога, Иисуса, велел ограбить храм этого бога, сорвал со стен все храмовые светильники, собрал лампадное масло, и сейчас вон в углу мешок с ладаном и связка сандаловых палочек.
Лютеция, наверное, придет в восторг. Если надо, он велит притащить сюда даже колокол, чтобы названивал всякие разные церковные мелодии...
Спина промокла. Рубашка гадко липла на спине, он сам чувствовал, как от него прет конским потом. Но когда ощутил, что мокрые струйки стекают из подмышек, а бревна в стенах мелькают так, что сливаются в серый туман...
Стражи вскочили, когда он выметнулся из спальни — разъяренный, всклокоченный, словно только что обратился из медведя в человека. Игральные кости сухо треснули под подошвой. Оба непонимающе смотрели вслед, а вождь подобно урагану пронесся по коридору, прогрохотал сапогами по лестнице, из холла донесся его затихающий вопль.
В покоях управителя горел только один светильник, заправленный бараньим жиром. Фарамунд ощутил некоторое облегчение: не тошнотворный запах ладана.
В три быстрых шага пересек помещение, заорал:
— Вставай, дьявол бы тебя взял!
Рядом с Громыхало, огромным и в полутьме мохнатым, спала толстая сочная женщина. Роскошные черные волосы разметались по подушке, свет падал на округлые блестящие плечи, нежную шею, тугие щеки...
Храп оборвался. Громыхало рывком, приподнялся, сел, опираясь сзади руками. В глазах сон испарялся, как туман под жаркими лучами.
— Что-то стряслось? — прогудел он с беспокойством. — Тевкры напали? Или конунг наконец-то до нас добрался?
— Хуже! — рявкнул Фарамунд. — вы все здесь как свиньи напились и с бабами в постелях! А твой рекс истекает потом...
Громыхало протянул озабоченно:
— А, это другое дело...
