Автор
В четвертый день темнота уходит, но впереди лишь туманные кромешники лесных болот. Воздух затянут хмурой пеленой смертельной сырости, и снова они движутся под ногами разлагающихся деревьев, дышать стало тяжело. Атмосфера здесь несчастная и мрачная — словно весь мир вступил в противостояние с бесконечными болотами и холодным свинцовым небом....
Грубая работа, у нас ее не любят. Убивать людей — это как бы признаваться в просчетах ума.
— Потому и исполнители такие... хилые?
Яфет развел руками:
— Это не они хилые. Это ты... Но ты прав, поправлять развитие цивилизации подобным образом приходится очень редко. Увы, все Тайные не могли удержать развал Римской империи!.. Все требовали тщательно проверить Алариха... ну, если под его личиной ты... А что? Именно он нанес последний удар Риму, но Беркут прозорливо сказал, что Аларих — всего лишь брошенный твоей рукой дротик, а сам ты наверняка где-то в Европе закладываешь основы нового мира.
Горло Фарамунда перехватил спазм. Из-за спины тянуло холодом. Он оглянулся, взглянул на торчащие из двери ноги:
— Так это был... кто? Глава тех, кто правит миром на самом деле?
— Один из, — ответил Яфет грустно. — Один из. Но самый могучий из правящих миром — ты. Хотя, кто знает, может быть, Беркут был сильнее? До последнего верил, что надо всего лишь стереть в порошок удачливого рекса-разбойника.
Фарамунд зябко передернул плечами:
— Это я-то мудрец? Гм... Ладно, я все равно не верю, что все это... все эти потрясения — моих рук дело!
— Всякая революция, — сказал Яфет с горьким изумлением, — когда-то была всего лишь мыслью в мозгу одного-единственного человека!.
— И храмовой проституцией, скотоложеством, — сказал Фарамунд неожиданно для себя самого, — приматом плоти над духом.
Яфет взглянул остро:
— Как глубоко это в тебе сидит!.. Сразу вспомнил. Ладно, пора оставить это крохотное племя. По дороге вспомнишь все... А вот и дракон за нами... Прости, я затратил все силы, чтобы попасть сюда... Еще и у других занял. Разве что ты сможешь нас двоих... обратно? Тебе это просто.
Череп раскалился, в разгоряченном мозгу открывались двери, кладовые, ячейки.
