В холодном ветре, как дым кваса, царь Федор Годунов задерживает князя, требуя честной новой вести. Князь Шаховский замолкает, изливаясь обвинениями и ненавистью после мутной воды в Путивле. Темнота наледиющего воздуха окутывает их как тканью, скрывая истинные мысли и планы в этот неспокойный год....
Куда там!
Вот Сунбулов, так тот, тоже крутанув головой по сторонам, быстро сообразил, что разговор завернул в ненужную ему сторону и попытался потушить конфликт.
— Охолони, Захарий! — требовательно рявкнул он на рязанца. — В одном они правы. Не время нам промеж себя собачится, когда войско Шуйского навстречу идёт. Тут дружно держаться нужно, ни то не одолеем татей. Пусть Василий Григорьевич на соединение к нам поспешит да во главе войска вместе с Пашковым и Ляпуновым становится. Смотрю, войско у него справное, воины обученные, — кивнул он головой в сторону показавшегося из леса полка.
"Ишь ты, хитрец какой. Нахрапом надавить не получилось, так к лести прибегнуть решил. Только участвовать, пусть даже и в победной для сторонников царя Дмитрия, битве под Троицком, у меня никакого желания нет. Смысла в том не вижу. Пускай мои бывшие подданные сами в этой междоусобной бойне участвуют. А мы напрямую к Москве пойдём. Тем более, что будущая знаменитость «Смутного времени» молодой князь Михаил Скопин-Шуйский, разбив недавно под Серпуховым Пашкова с Ляпуновым, тоже ушёл к Коломне, на соединение с остальными воеводами.
— Да не успеем мы к предстоящему сражению, — не стал я отмалчиваться, наплевав на то, что рязанцы мне этих слов не простят. Я их тоже в будущем прощать не собираюсь. — Только время зря потеряем. Лучше сразу на Москву идти, пока, дорога открыта.
— Не успеем, — легко согласился со мной Грязной.
Я вновь усмехнулся, мысленно поаплодировав своему боярину. Ловко завернул. Мы ещё в Серпухов и не въехали даже, а он туда уже в гости к себе зовёт. И это при том, что город как раз Пашков с рязанцами взяли, после того как в битве на Лопасне князя Кольцова-Мосальского разгромили.
— Благодарствую, Василий Григорьевич, но только недосуг нам. — процедил Сундулов, с трудом скрывая злость. — Ладно, сидите себе в Серпухове, раз царских воевод страшитесь. А мы с Захарием к Коломне поспешим. Может, и успеем к битве, — ядовито съязвил он, покосившись в мою сторону. — Потом, когда государь вернётся, глядишь, и наградит каждого по заслугам.
Ага, наградит.
