В Феерической Академии воздух насыщен магией и шепотом секретов. Каждый ученик здесь обладает уникальными талантами, а дневной свет растворяется в ночное призрачное свечение. Здесь любви нет пределов, но каждое взаимное очарование переносит участников в мир между мертвыми и живыми, где границы исчезают....
– Ты в порядке? Успокойся, все хорошо!
— Адель, ты в курсе, что ты оборотень? – мрачно произнес Оберон, а лицо красавицы посерело. Ее губы задрожали, а она отрицательно замотала головой.
— Нет! Я не могу быть оборотнем! Они все желают мне смерти! – кричала она, а принц не мог ее успокоить. Адель с ненавистью смотрела на нас. – Они меня ненавидят! Прямо, как она! Злая мачеха сажала меня клетку! Она мучила меня! Она сожгла мои игрушки! Издевалась надо мной! Она послала егеря, чтобы он убил меня! И принес ей мое сердце! Потом ты пытал меня! За что вы все так со мной?!!
— Да я готов своими руками убить твою мачеху! – пылко закричал принц, прижимая рыдающую и трясущуюся Адель к себе.
Оберон щелкнул пальцами, а рядом с нами появилась красивая женщина в роскошном платье, которая осмотрелась по сторонам и увидела Адель. В роскошном платье она упала на траву на коленях, пока Адель смотрела на нее с ужасом: «Это она! Это она!».
— Адель, деточка, — прошептала женщина, падая на колени рядом с ней. – Я уже думала, что тебя убили охотники… Я посылала за тобой егеря, но он вернулся с волчьим сердцем! Он видел мертвого волка, которого убили… И я подумала, что это ты… Я похоронила тебя, а ты жива… Я так счастлива… Прости, я не говорила тебе правду, милая моя… Я честно искала способ, чтобы спасти тебя. У меня нет детей, а ты была моей единственной дочерью… Я не говорила ей о том, что она – оборотень… Мне так жаль ее было… Я приказала перебить всех волков в королевстве, вырвать из книг страницы, где упоминались волки или оборотни! Сжечь все игрушки, которые напомнили бы ей о том страшном дне!
— Ты убила гномов! Ты преследовала меня! – рыдала Адель, а потом перевела взгляд на меня.
— Крестная фея сказала мне, что только любовь спасет Адель, — негромко прошептала мачеха, глядя на то, как Адель смотрит на нас затравленным взглядом. – Я любила ее, но видимо, недостаточно… Я не знаю, как можно любить сильнее… В какой-то момент я подумала, что речь не о материнской любви, а о любви мужчины…
— Я люблю ее! Фея тоже сказала мне несколько лет назад, что ее спасет любовь! – закричал принц, а все дружно посмотрели на меня.
Они смотрели на меня, а я чувствовала, как руки Оберона обнимают меня, он наклоняется ко мне, а его дыхание скользит по моей щеке.
