В Феерической Академии воздух насыщен магией и шепотом секретов. Каждый ученик здесь обладает уникальными талантами, а дневной свет растворяется в ночное призрачное свечение. Здесь любви нет пределов, но каждое взаимное очарование переносит участников в мир между мертвыми и живыми, где границы исчезают....
Слишком пристальным и слишком заинтересованным.
Часть вторая
Глава четвертая. Офеительный поцелуй
Это был тот самый неловкий момент, когда плохо говорить об отсутствующих было не только показателем невежливости, но и признаком отменного здоровья.
— Мое почтение, крестная фея, — послышался приятный голос внезапно позади меня, который меня обезоружил, обескуражил и заставил неуютно поежиться в чужом кресле. Как это он так быстро успел? – Я так много о вас наслышан, а теперь даже слегка «навижен»… Чувствую себя огоньком, на который слетела ночная бабочка.
Мне улыбнулись так, что я тут же включила режим «этикетки от этикета»,
— О, вы ошибаетесь, я – не ночная бабочка. Я, скорее, моль. И вы, как шуба, не в моем вкусе, — парировала я, предельно вежливо. Я не успела заметить, как хозяин очутился напротив меня, заслоняя собой неуютное пламя камина. Как он так делает? Только что он был позади меня.
Мою руку бережно взяли с подлокотника, а сердце почему-то запротестовало, срочно требуя отдернуть ее от чужих губ и еще и надавать по ним, как следует.
— А что конкретно вы про меня слышали? – уточнила на всякий случай я, стараясь быть предельно вежливой и пытаясь выдернуть руку из когтей, которые ее внимательно изучали, проводя тревожные линии по моей ладони. Мою руку не отпускали, а я начинала нервничать. Нервы были на пределе, а запах вежливости улетучивался с каждой секундой.
— Не хочу вдаваться в подробности, — уклончиво заметил обладатель огненных волос, делая шаг, растворяясь в воздухе и тут же оказываясь по левую руку от меня. – Но мне задушевно рассказывали о том, что вы вытворяете, что хотите.
— О, да. Я – очень творческая личность. Мне постоянно говорят: «Что ты творишь?», - осторожно согласилась я, видя, как его рука и ложится на спинку кресла. Меня пугали перстни-когти, которые впивались в обшивку кресла, а потом отпускали, словно хищник добычу.
— А еще я слышал, — послышался голос хозяина, но уже откуда-то справа, пока я осторожно перевела взгляд. – Что вы нетвердо стоите на ногах и предпочитаете регулярные вливания в недвижимость, мечтая сколотить себе нужное состояние.
