В академии для одаренных девушек скрывается опасная тайна: среди учащихся охотятся феи, а их король Оберон обладает смертельным поцелуем. Главной героине предстоит выжить в мире магии и страсти, разгадав, какую роль она играет в древнем конфликте между людьми и феями.
Раздел Chitat.online для книги «Феерическая Академия» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В академии для одаренных девушек скрывается опасная тайна: среди учащихся охотятся феи, а их король Оберон обладает смертельным поцелуем. Главной героине предстоит выжить в мире магии и страсти, разгадав, какую роль она играет в древнем конфликте между людьми и феями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Кристина Юрьевна Юраш Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
В академии для одаренных девушек скрывается опасная тайна: среди учащихся охотятся феи, а их король Оберон обладает смертельным поцелуем. Главной героине предстоит выжить в мире магии и страсти, разгадав, какую роль она играет в древнем конфликте между людьми и феями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Она подошла к зеркалу, поправила прядь седых волосы и спросила: «Зеркало-зеркало на стене, кто самая лучшая бабушка в этой стране?».
Меня дернуло в последний раз, а потом уронило на ступени замка… В прошлый раз они были устланы красной ковровой дорожкой, а сейчас просто подметены. Я взбежала по ним, видя стражников, стоящих в почетном карауле.
— Я к принцессе и дракону, — с порога заявила я, протискивая внутрь. Меня встретил пустой знакомый зал, восстановленный витраж, пропускающий дневной свет, два выхода из зала и отреставрированные колонны.
— Есть здесь кто? – спросила я, в надежде, что кто-то откликнется.
— Королева вернулась! – послышался голос слуги, а я выдохнула с облегчением. Помнят, не забывают. – Сообщите всем, что королева вернулась!
Все вдруг забегали вокруг меня, а я смотрела на два трона. Как же я переживаю по поводу заклинаний. От Доротеи ни ответа, ни привета…
— Мама! – послышался голос, а она бежала ко мне, такая повзрослевшая и… слегка беременная. Ну как слегка? Уже не слегка. Автор скромно стоял позади нее и улыбался. – Мамочка вернулась! Зовите папу! Быстрее! Мама вернулась!
Я осторожно обнимала Доротею, которая повисла на мне, терлась об ее волосы, слушая рассказ о том, как счастливо они живут. Что наконец-то закончились бесконечные войны с соседями, что папа слегка приболел, что она писала мне каждый день…
Так, а где моя гора писем? Я убью этих птичек и мышей! Мышей на хотдоги, птичек на гриль! Тут ребенок извелся, а ему изводиться никак нельзя.
— Мне нужна Крейддилад, — я подошла к огромному и суровому дракону, который смотрел на меня с высоты птичьего помета. – Вы мне поможете?
— Нет, — произнес дракон. Доротея бросила укоризненный взгляд на мужа, а тот отрицательно покачал головой. – Я не стану тебе помогать.
— Ну пожалуйста, — во мне снова проснулся зверек наныл, а глаз сурового дракона дрогнул. – Ну очень прошу…
Я даже шмыгнула носом. Зверь наревел уже стоял наготове, разминаясь перед тем, как впиться в нежную мужскую психику. Что-то мне подсказывает, что зверек наныл – это отнюдь не редкое нервопитающее. И зря я его собиралась заносить в красную книгу! Доротея смотрела на него таким же нанылом. Правильно, милая! Сейчас стайка нанылов набросится и растерзает свою упрямую добычу.
— Сначала выслушай, а потом решай сама, — сдался дракон, не желая связываться с такими опасными и коварными нервоядными. – Я никому и никогда не рассказывал правду о том, как стал рабом у собственного брата… Я помню, как мы сумели запереть драконов, которые терроризировали королевства. А после этого между нами с братом пробежала трещина. Брат постоянно твердил, что мой народ обижает его народ. Зато я прекрасно знал, как его народ, обманывал мой.
