Автор
В окне дисплея мерцали цифры и графики, отвлекая его от реального мира. Однако это не мешало фехтмейстеру ощущать в себе конкурента - компьютера, который быстро анализировал возможности и предположения так же эффективно, как он сам мог бы это сделать. Беззвездная ночь за стеклом радовала инженера отдела разработки Института Экспериментальной Истории, отражая в себе стремление к осознанию и пониманию его работы и целей....
А ты… — Конногвардеец перевел взгляд на потолок. — Соображаешь?
— Да, — кивнул поручик.
— Где женщина, которую похитили сегодня на Невском проспекте?
— Мы ее не похитили.
— Так, — Чарновский ухватил несчастного за отвороты халата и рывком поднял с пола, — жить ты, значит, не хочешь.
— Не похитили мы ее! — взмолился офицер дворцовой полиции. — Точно, Старец послал нас за нею. Мы подъехали втроем. К ней подскочили и давай ее в машину запихивать.
— Ну, давай говори, быстрее, быстрее!
— Я и говорю. — Глаза поручика были полны ужаса.
— Что еще за китаец?
— Торговец чесучой. Подскочил, метр из тюка выхватил, да так быстро, мы и поделать ничего не успели, а он как закричит: «Я!» и этим метром, ребром так — раз, мне он руку зашиб и колено. Одному голову разбил, а третьему ключицу сломал. И главное ж, так быстро, в одно движение!
В доказательство своих слов поручик Семков закатил рукав, демонстрируя замотанный локоть.
— В одно движение? — останавливаясь, уточнил Чарновский.
— Да, да.
— Китаец посреди улицы нападает на трех офицеров с криком «Я!»?
— Ну да.
— Или «Кия!»? — Чарновский воспроизвел этот звук столь резко, что поручик отпрянул в сторону.
— Точно так.
— Дьявольщина — японец!
ГЛАВА 28
Непобедимость заключается в себе самом, но возможность победить зависит от врага.
Сунь Цзы
Старец неистовствовал.
— Это что ж такое-то, люди добрые? Какое-то чучело косоглазое в единый миг трех здоровых мужиков в тычки разогнало, только что жизни не лишило! Да еще и мотор наш с собою прихватило! Что ты на это, бес, теперь мне скажешь? — Старец запустил в стену расписное фарфоровое блюдо.
— Это был твой план, — хмуро отозвался Хаврес. — Что ж сам-то не пошел, с тобой бы такого не приключилось.
— Кто ж знал-то? — угрюмо признал вину Распутин. — Кто ж подумать о том мог? Чтоб посреди Петрограда…
— Думать о том уже нечего. Теперь следует поразмыслить, как перстень добыть.
— Да чего там, — Гришка Новых оскалился и махнул рукой, — велики ль хлопоты? Ты ж его повсюду чуешь? Вот и подскажи мне, где он есть.
— Шо ж в Брусьев переулок-то не послал? — хмуро отозвался демон.
— А ты не попрекай, я в тутошних делах лучше разумею.
