Автор
В окне дисплея мерцали цифры и графики, отвлекая его от реального мира. Однако это не мешало фехтмейстеру ощущать в себе конкурента - компьютера, который быстро анализировал возможности и предположения так же эффективно, как он сам мог бы это сделать. Беззвездная ночь за стеклом радовала инженера отдела разработки Института Экспериментальной Истории, отражая в себе стремление к осознанию и пониманию его работы и целей....
Разве что Лариса Львовна пожелает, чтобы я удалился.
— Это приказ, ротмистр.
— Господин полковник, в подчинении я у вас не состою, а как мужчина имею полное законное право, или, лучше сказать, обязан, здесь ныне пребывать.
Лунев бросил на конногвардейца негодующий взгляд. Дерзость отказа не подлежала сомнению, и по сути самым верным было распорядиться окончательно пришедшему уже в чувства Вышеславцеву препроводить господина ротмистра на гауптвахту, но для контрразведчика это означало поставить крест на большой игре, которую ему предстояло только начать.
— Ладно, будь по-вашему. Как мужчина, я вас понимаю. Однако потрудитесь не мешать мне работать. Побеседуйте, вот скажем, с господином поручиком о воинских дарованиях вашего знакомца. Но, прошу вас, держите себя в руках.
Лаис вновь сидела перед контрразведчиком, с печалью глядя на его резко посуровевшее лицо.
— Прошу вас ответить, госпожа Эстер, в какой сумме исчисляется ваше состояние?
— Увы, я об этом ничего не знаю.
— То есть как это? — удивленно, почти растерянно задал вопрос Платон Аристархович."
"— С тех пор, как господин Шультце любезно возложил на себя заботу о ведении моих дел, у меня не было нужды интересоваться счетами, вкладами и тому подобными низкими материями.
— Это крайне неосмотрительно. — Лунев покачал головой. — Как же вы получали деньги?
— Я говорила Конраду, что мне нужно, ну, допустим, десять тысяч рублей. Он ехал в банк и привозил мне столько, сколько я спрашивала.
— Сам?
— Ну да.
— У него был ключ от вашего сейфа, номер счета, право подписи?
— Именно так.
Платон Аристархович осуждающе покачал головой.
— Сударыня, должен вам заметить, что вы попали в крайне неприятную ситуацию.
— Но, Платон Аристархович, помилосердствуйте, как же так?
— Мне крайне неприятно говорить вам об этом, но Конрад Шультце — родной брат известного фальшивомонетчика Артура Шультце, сбежавшего из России в Вену и предложившего свои услуги Францу-Иосифу для подрыва мощи рубля путем фабрикации фальшивок отменного качества.
