Люк со связанными руками и заклеенным ртом то и дело стукался плечами о неровные каменные стены подземелья и что-то недовольно мычал. Наверняка матерился. Яна тоже спотыкалась на своих высоченных каблуках и держала равновесие, поминутно прикасаясь к сыроватым стенам. На голову пленникам сыпались пыль и труха, лица облепляла паутина.
Рассеянный тускловатый свет от неярких ламп на стенах, тяжелый запах плесени и сырости… Яне почему-то трудно было дышать, ее очень напрягало это тесное замкнутое пространство, хотя клаустрофобией она не страдала.
Вообще, чем дальше они шли, тем страшнее и непонятнее становилось. Проход петлял, потолок становился то ниже, то выше. Грибок и плесень покрывали стены все гуще. Воздух был затхлый и спёртый. Лампы попадались всё реже, и порой путники шли в полной темноте. Яне было жутко холодно. Худенькие плечи тряслись, словно крылья бабочки. Зубы отбивали чечетку. Ноги не слушались.
Впереди послышался плеск воды.
Яна остановилась. Люк тоже. Яна не видела, что происходит впереди.
– Что встали?! – заволновалась их похитительница.
Люк резко пихнул Яну плечом и прыгнул вперед. Тут Яна разглядела при свете настенной лампы широкий канал с мутной быстрой водой, которая, пенясь, шумно неслась в полумраке, пересекая их путь, и исчезала в кромешной темноте подземелья. Чтобы продолжить движение, нужно было вскарабкаться на скалистый уступ. Люку со связанными руками сделать это было очень сложно. Однако он с трудом, со звериным рыком все-таки прыгнул на осклизлый уступ.
Пока Яна думала, зачем он это сделал, нога ее соскользнула, и она грохнулась в воду.
Так истошно Яна не кричала никогда. Вернее, давно. Она так истошно вопила и так отчаянно барахталась, что даже сама не слышала своих воплей. Она то погружалась до илистого затхлого дна, то всплывала на поверхность, судорожно глотая воздух.
Люк сделал почти невозможное. Он протянул Яне связанные руки и дал ей схватиться за них. Потом сильным рывком выдернул ее на уступ.
Но она не успела ни порадоваться, ни поблагодарить Люка за спасение, может даже, из канализации…
За спиной раздался короткий глухой то ли вскрик, то ли всхлип. Яна, прижавшаяся к Люку, обернулась и с ужасом увидела, что их похитительница оступилась и тоже рухнула в мутный поток. Она как-то сразу начала тонуть – беспорядочно молотить по воде руками, захлёбываться и булькать. Возможно, в силу возраста, или просто плавать не умела…
Яна взглянула на Люка. Тот тоже, словно молнией, пронзил ее взглядом.
