Виола Тараканова, писательница, сталкивается с неожиданными обстоятельствами после того, как её супруг умирает. В доме олигарха Лизы Ласкиной появляются загадочные детали, связанные с исчезновением Насти Варенкиной. Возникает интрига вокруг таинственного цветка и неразгаданных тайн.
Вон там, за серой оградкой, могила Куприяновых, это…
– Кто вам рассказал про Настю? – бесцеремонно прервала я старуху.
Зинаида Семеновна подняла воротник шубки.
– Дует. На календаре конец марта, а по погоде, будто февраль студеный. Плохая теперь экология, то тепло, то зябко. Раиса мне рассказала, а кто ж еще?
– Мать Насти? – уточнила я.
Зинаида Семеновна с достоинством кивнула.
– Заприметила я ее давно, женщина сюда часто приходила, сядет на скамеечку и замрет. Сначала тут обычный памятник стоял, простой камень с буквами. Потом мрамор водрузили, я обратила внимание, что рабочие под пьедестал мало цемента залили, и сказала Раисе про халтурщиков, посоветовала ей наших, ваганьковских, честных ребят. Я ведь тут родилась, знаю всех местных до костей.
– На кладбище? – удивилась я.
Зинаида Семеновна ткнула рукой в сторону.
– Там раньше барак стоял, моя мать на погосте в уборщицах состояла, у нас служебная комната была. В начале шестидесятых всех из халупы переселили в дом на улице Сергея Макеева, она тут в двух шагах. Как моя мама скончалась, я заняла ее место. Но не обо мне речь, лучше я вам дальше про Варенкину расскажу.
Рая поблагодарила Зину и с тех пор всегда с ней здоровалась. Женщин связала дружба и, в конце концов, незадолго до смерти Раечка рассказала подруге свою семейную историю.
– Когда скончалась Варенкина? – спросила я.
Рая показала рукой на оборотную сторону памятника.
– Пару лет назад, точно не помню. По просьбе Раи сюда урну с ее прахом зарыли.
Я обошла мраморный пьедестал и увидела две надписи: «Элла Андреевна Трубецкая» и «Раиса Николаевна Варенкина».
– Гувернантка тоже тут? – поразилась я.
Зинаида Семеновна кивнула.
– Рая очень убивалась по Элле, каждую неделю поминальную службу заказывала.
– Церковь не молится за самоубийц, – напомнила я.
– По официальной версии Трубецкая упала случайно, – возразила старушка. – Конечно, Бога не обманешь, но, думаю, Господь добрый, он Эллу давно простил. И Раю тоже. Сейчас они счастливы вместе с Настей и Игнатом Федоровичем на небесах.
– Раиса скончалась давно, а за памятником заботливо ухаживают. Это вы стараетесь? – предположила я.
Зинаида Семеновна помотала головой.
– Нет, за погребением смотрит Людочка из нашей конторы.
– А она с какого бока в этой истории? – удивилась я.
– Ей платят, – пожала плечами старушка.
– Кто? – не успокаивалась я.
– Какая-то женщина, – пробормотала Зинаида Семеновна, – точно не знаю.
