– Арина, тебе бульдрык в руки, – распорядилась Ванда.
Я незамедлительно схватила половник, наполнила до краев стакан и подала его участнику программы со словами:
Гость выдохнул и залпом опорожнил емкость. В студии повисла мертвая тишина. Стало слышно, как скрипит «кран», передвигающий по воздуху большую камеру.
– Вштырило? – забеспокоилась Ванда.
– Вломило? – поинтересовалась я.
Лицо парня стало калейдоскопически быстро менять цвет с розового на красный, бордовый, синий, фиолетовый. Шляпа упала на пол, волосы «подопытного» встали дыбом, словно иголки злого ежа, нос непостижимым образом укоротился, ноздри раздулись, уши затрепетали, изо рта вырвалось:
– Прошло перханье, – обрадовалась Ванда.
– Слизало как корова языком, – подпела я.
– Этим замечательным рецептом мы и завершаем программу «Советы Арины Родионовны», – провозгласила ведущая, – пишите Ванде по всем адресам и будьте на вечную память здоровы.
Зал разразился аплодисментами.
– Снято! – заорали с потолка. – Спасибо, Ванда. Отдельное спасибо Виоловой. Арина, вы молодец, сразу ухватили стиль шоу, перешли на народную мову, респект вам и уважуха от съемочной бригады. Эй, зрители! Сесть! Запишем ваш живой смех. Кто не умеет качественно ржать, больше в телецентр не попадет. О’кей?
Меня схватили за плечи и втянули в темноту кулис.
– Вилочка, – забила в ладоши Аня, – супер! Восторг! Здорово!
– Что с парнем? – испугалась я, наблюдая, как над «соломенной шляпой» склонился врач.
– Не волнуйтесь, – зачастила возникшая ниоткуда Светлана, – рецепт его слегка покалечил, но не насмерть. Оправится. Чуть-чуть количество ингредиентов перепутали, не девять лимонов, а один, ну и остальное тоже неверно.
– Ужас! – испугалась я. – Юноша от самого Кулакова.
Света прижала палец к губам.
– Ш-ш-ш, Евгений Олегович будет доволен! Я узнала правду. Этот кент его… хм… ну… э… не друг, не родственник, а журналист, телекритик, если он ваще онемеет, считай, нам повезло!
– Воды! – заорал молодой человек, отпихивая доктора. – Холодной!
– Не вышел номер, – констатировала Света, – очухался! А ты выше всех похвал. Откуда столько слов народных знаешь?
Я в замешательстве поправила прическу. Сказать правду? Может, ожила генетическая память предков? К счастью, в моей сумочке затрясся включенный сотовый.
Я вытащила телефон и услышала голос Зои.
– Анастасия Варенкина умерла в возрасте трех лет.
– Несчастная девочка, – вздохнула я.
– Это произошло еще в советское время, – продолжила Зоя. – Сейчас из семьи Варенкиных в живых никого не осталось. Отец умер буквально за день до малышки. У Игната Федоровича случился инфаркт. А мать недавно преставилась.
– Какое отношение имеет давно похороненная крошка к Виктору Ласкину? – поразилась я.