В дверях старого замка ждет молодая ведьма девятнадцати лет, обреченная на непредсказуемые приключения за неудачным зельем. Каждое заклинание и каждая встреча на расстоянии призывают новых врагов или откроют тайны древних магических сокровищ. В ее душевных струнах играет незримый дух любви, притягивающий к себе героев разных миров и времен....
— И Рыж, чуть дернув меня за рукав, уверенно двинул к дверям. Мне ничего не оставалось, кроме как следовать за ним.
Всегда знала, что мужской гонор до добра не доведет, но впервые убедилась в этом воочию. Майсиль не просто попер напролом — он это сделал с поистине божественным размахом, нарушив все писаные и неписаные правила разрешения подобных конфликтов.
Покороче и поконкретнее? Да запросто! Наш далеко не юный, но жутко наивный дроу заявился прямо к верховным жрицам… Более того, он так подгадал с моментом, что там же находилась и большая часть владычиц старших кланов…
В общем, что-что, а заявлять о себе он совершенно точно научился у нашей группы.
Но лучше я опишу всю эту сцену.
Итак, мы влетели в большую светлую залу прямо вслед за нашим излишне возбужденным дровенком. В первый миг, оказавшись в помещении, наполненном несколькими сотнями магических огоньков, мы с Рыжем растерялись. Это и неудивительно, если учесть тот факт, что мы впервые видели столько света в одном месте с момента нашего появления в пещерах дроу.
Май же, не теряя времени на подобные мелочи, тут же поспешил выказать свое неудовольствие и жрицами, и предводительницами кланов. И начал он, надо сказать, именно с той фразы, которую категорически запрещено произносить в отношении женщин, особенно если вы стоите один против многих:
— Я запрещаю!
— Великий? Мы чем-то вызвали ваше неудовольствие? — без грамма подобострастия или хотя бы уважения произнесла самая раздетая из жриц (в том смысле, что из одежды на ней было лишь ожерелье, сплетенное на манер паутины из тонких серебряных нитей, да шелковая юбка до пола, которая, впрочем, также не скрывала, а скорее всячески выставляла напоказ красивенькие ножки этой весьма миленькой темной леди).
— Вызвали! Я требую немедленно порвать все контакты с людьми, пришедшими из-за моря, — надменно бросил Май. И ведь даже не усомнился в том, что его послушают! Даже не знаю, чего в этом было больше: его извечной наивности или обыкновенной глупости.
Рыж, стоявший в шаге от меня, услышав заявление Мая, чуть слышно застонал. Обреченно так, с явным пониманием ситуации.
— Крис, прикроешь, если что? — сухо уточнил мой приятель, скользя внимательным взглядом по помещению. Алые глаза, все еще не привыкшие к яркому освещению, слезились, но Констан все равно был полон решимости защитить нашего недальновидного темного мальчишку.
