После этого жрица раскрыла ладони и тьма стекла, как вода, из застывшего в нелепой позе мужчины и живой кляксой метнулась к своей хозяйке, её рукам, оплетая тонкие кисти, впитываясь прямо под кожу. Если бы он свою девочку так не любил, то возможно бы в этот момент начал немного бояться. Слишком уж наглядной сейчас была её сила и умение её контролировать.
— Зак, он должен оставаться в таком состоянии. Нельзя чтобы пришёл в себя. Он очень силён. Но хуже всего то, что если он убьёт это своё тело, то найдёт другое и его придётся ловить снова. — на этот раз объяснения взял на себя Шэн, давая Фэй возможность прийти в себя. Обнял её за плечи и притянул к себе, чувствуя, как она устало привалилась к его боку. — В лаборатории можете хозяйничать по полной. Остальной дом пока не трогайте. Фэй нужно его обыскать самостоятельно. Так же, как и архив. И будьте осторожны. Тут ловушек куча. Кас, ты не мог бы уделить нам немного своего времени? Я хочу тебя кое о чём попросить.
Последнюю просьбу он добавил, уже открывая портал в свои покои. Кас без лишних вопросов кивнул и шагнул вслед за ними.
— Что ты хотел?
— Обследуй Фэй, пожалуйста.
— Шэн!!! Зачем? — возмутилась девушка. Впрочем весьма вяло.
— Затем, что Кас лучший целитель, какого я только знаю, а ты, моя хорошая, схлопотала неизвестное проклятие. — терпеливо пояснил князь своей строптивице. — И меня беспокоит твоё состояние.
— Я же говорю, моя тьма выжгла это проклятие. Со мной всё в порядке. Я просто устала. День был тяжёлый, и ночью я мало спала. По твоей вине, кстати. — от негодования она даже взбодрилась и упрямо сложила руки перед собой.
— Вот и хорошо. А давай ты позволишь мне в этом убедиться и успокоиться. И я даже обещаю дать тебе выспаться этой ночью. — Шэн развернул её к себе лицом и заглянул в усталые глаза. — Пожалуйста, Фэй.
— Ладно. Что мне нужно делать? — сдалась она.
— Ничего особенного. — ей ответил уже Кас, всё это время с интересом их слушавший. — Просто ложись и постарайся не шевелиться. Раз было проклятие, я хочу посмотреть твою ауру.
Князь не стал дожидаться, пока она сама это сделает. Подхватил Фэй на руки и потащил в спальню.
— Постой, что ты делаешь? Я же грязная. — попыталась она трепыхаться в его руках, но очутившись на кровати, стихла и даже обмякла. Пробормотала обижено. — Да ты тиран, любимый?
От последнего слова он реально ощутил, как сердце трепыхнулось в грудной клетке. Она действительно его так назвала? Может ли это быть правдой? Сегодня, когда он поддался порыву и признался ей, что любит, ему ничего так сильно не хотелось, как услышать ответное признание. Но девушка промолчала. И выглядела слишком ошарашенной. Больших усилий ему стоило не показать тогда своего разочарования.
— Ещё какой, любимая.