В горнице поющего пламени и таинственной тьмы ждет история о Фее Темной — ведьме, способной войти в самые запретные заклинания. Здесь Шэанард и его друзья борются с силами темного величия, а Фрейда пытается найти свою дорогу через мир, полный загадок и опасностей. Каждый шаг ведет к новым искушениям и сложным выборам — как найти счастье среди бесконечной тьмы?...
— То есть, получается, у меня выбора вообще нет? — возмутилась Фэй.
— Ну почему же? Есть, конечно. Ты можешь согласиться или отказать. А вот уйду ли я? Тут уже выбор за мной.
В какой-то момент Шэн осознал, что получает истинное удовольствие, поддразнивая полыхающую негодованием девушку. То, что она прекрасно владеет собой и своей силой, он уже понял. Тем приятней было осознавать, что такая сильная, уверенная в себе и своих способностях некромантка — это та самая девчушка, которую он когда-то вовремя спас от выгорания.
Сейчас она демонстративно его игнорировала, всё ещё злясь за сорванный ритуал. Вспомнив, как накосячил, мысленно поморщился. Нехорошо вышло. Поспешил с выводами, поддался инстинктам и вот результат — где-то там над аданатскими лесами парит крылатый лич, который, наверное найдет более подходящее тело и снова начнёт жрать живых, наращивая силу. Кстати, о живых. Шэн вспомнил о женщине, которая и направила его в замок.
"— Феисия, мне на пути встретилась женщина, мужа которой утащила эта тварь. Я там никого больше не почуял. Может ты знаешь, что с ним случилось?
— Вам в подробностях? — хмуро спросила она.
— Да нет. — поморщился мужчина, поняв, что она имеет ввиду, и решил сменить тему. — Может прекратишь уже мне выкать?
— Может и прекращу. — буркнула она, смотря строго вперёд.
А Шэн с удовольствием засмотрелся на профиль девушки. Она цепляла взгляд какой-то особой красотой. Линия рта могла бы показаться излишне длинной, но эти пухлые губы делали её безупречной и сводили с ума своей притягательностью. Тонкие изогнутые брови, чёткие скулы, твёрдая линия подбородка и тёмный с поволокой взгляд. А ещё удивительно милые веснушки. Красавицей выросла младшая дочь дана Кираша. Старшая, конечно, тоже весьма привлекательна и очень похожа на свою мать и даже кузину.
— У меня на лице что-то необычное обнаружилось? — с нотками раздражения спросила она, явно почувствовав его взгляд.
— О, темнейшая, в тебе нет совершенно ничего обычного. Ты вся особенная и восхитительно притягательная. — искренне ответил Шэн, с каким-то умилением наблюдая, как вспыхивают румянцем её скулы.
— Вы преувеличиваете, Шэанард. — отчеканила она, вызвав у него удивлённый взгляд.
