Автор
Не бывает людей, с которыми легко жить... Зайка и Аркадий на грань конфликта, пока Маша вмешивается, поднимая новую волну споров. Эта книга словно масленная вечеринка в холодильнике - всегда есть что обсудить и кому-то повезло стать главной ролью.
– И все это время не выходил из дома?
– Ну, после войны он стал показываться, – пояснила Водкина. – Сейчас известно, как сложилась жизнь бывшего барина.
– И никто не заподозрил неладное? – перебила я.
Майя улыбнулась.
– К Панкрату в деревне хорошо относились. Вероятно, шептались по домам, но не выдали. Когда Анфиса родила Ларису (ее принимала Софья), даже тут люди не заболтали языками. Правда, Фиса сплетни предупредила, весной пошла к председателю сельсовета с жалобой, дескать, у нее в доме останавливались на постой военные и изнасиловали ее, просила найди обидчиков.
– Варваркину на момент рождения дочери исполнилось сорок два года!
– И что? Мужчина способен к оплодотворению до ста лет. Анфиса была много моложе Панкрата. Конечно, она рожала первого ребенка уже в зрелом возрасте, но Софья Скавронская постаралась, помогла ей и во время беременности, и при родах. Слушай дальше. В сорок четвертом году к Анфисе в избу попросился беженец, Архип Николаев.
– Панкрат легализовался! – догадалась я.
– Верно, – согласилась Майя. – Некий Николаев у Матренкиной и правда заночевал, но вот беда, к утру умер. Анфиса живо сообразила, какой шанс послал ей Бог. Они с Ларисой тайком зарыли усопшего в лесу. Его похороны – самое яркое впечатление двенадцатилетней Лары, она до сих пор не способна забыть, как они с мамой копали могилу, а потом на тачке везли тело.
– Да уж! – вздрогнула я. – Подобное из памяти не вытравишь. Варваркин получил настоящий паспорт, начал выходить днем. И что, его не узнали?
Майя поманила официантку и заказала еще чаю.
– Нет, – сказала она после того, как девушка ушла, – Панкрат спрятался у Анфисы, будучи молодым еще человеком, а стал седым, обрюзглым мужчиной, перешагнувшим пятидесятилетний рубеж.
