Автор
Я бодрствовал в ожидании страшного переворота. Император устремил всеобщее внимание на единственного сына, но теперь семьями Креории готовятся к конфликтам за престол. Неужели кто-то решил перейти от слов к делу? Я предпочитаю не предвосхищать события.
— Да, — отвлеклась на слуг, которые вносили блюда и напитки и ставили их на небольшой столик между диванчиками, — У нас главное, чтобы было удобно. Ну, многие самовыражаются с помощью одежды.
Император задумчиво потер подбородок. О чем он задумался? Гадать долго не пришлось, он высказал свои предположения на этот счет:
— А вашу одежду можно переделать под наши рамки приличия, но сохранить удобство? Мне кажется, работникам полей, производств и другого тяжелого физического труда это будет полезно.
— Думаю, можно… — я в шоке смотрела на него и не могла поверить, что он до такой степени заботится о народе.
Последний вопрос я, очевидно, задала вслух, поскольку государь сразу же дал мне на него ответ:
— Это моя вина, — он тяжело вздохнул и начал рассказ, — Это сейчас все межмировые порталы закрыты и открываются только с моего позволения. В молодость твоего отца высшая знать могла спокойно путешествовать по мирам, искать работников, да, и просто отдыхать.
— Это правда. Но они с мамой скончались от какой-то неизвестной болезни почти одновременно.
— Потому что, родившись в магическом мире или открыв каналы, жизнь в мире без магии становится невозможной. Организм, стараясь получить столь необходимую ему энергию, иссушает сам себя.
— Но ведь мама — простая землянка! Она не маг…
— Фениксы могут любить лишь раз, милая. Мы сами выбираем себе пару и проводим ритуал передачи сердца, вверяя его своей паре.
Ужас… Это как мама должна была любить отца, зная, что умрет вместе с ним в ближайшие годы, и все равно пойдя на это? Может, я была неправа, и такое сильное чувство существует не только на страницах книг.
— А как же ты нашел меня? — ведь он не искал меня до этого, а, если я сейчас здесь, значит блока на мне не было.
— Чтобы найти, нужно знать, кого ты ищешь.
