В новом доме я пропускаю долгие слезные минуты. Полуразрушена старая ферма, кажется, случайно переименована в уютный дом для меня. Ветер срывается окном через дырку, вопит как и я. Помещение наполняется атмосферой заброшенности, но я готова на все, чтобы понять, что именно принадлежало мне в этой мрачной избушке-днеце....
— Сто лет вы мне нужны, у меня питомец пропал там, — ткнула пальцем в чернеющую пустоту.
— Какой питомец?
— Страус.
Аргос почему-то ничуть не удивился моему ответу, только чертыхнулся и быстро кинулся вглубь подполья. Через пару минут появился вновь, таща за лапки упирающегося и орущего страусенка.
Благодарить соседа не стала, пока он вылезал я внимательно осматривала мужчину на предмет повреждений. Но кроме налипшей на мантию паутины и пыли на рукавах не заметила ничего необычного.
— Что вы там делали? — Вряд ли порядок наводил.
— Ты не ответила кого похоронила, я не скажу, что делал.
— Ой подумаете, тоже мне... — фыркнула я, и прижимая птичку к груди отошла к столу.
— Курятники будут завтра?
— К вечеру.
— Отлично. — Как раз вернусь с праздника, расселю птичек в новое жилище и устрою себе пир на весь мир. Ну, то есть сосиски на костре пожарю, страсть как хочу, аж слюнки текут.
Аргос ушел, благодарить меня тоже не стал. Ой, ну и ладно, все же у нас взаимовыгодное сотрудничество.
— Ты видел, что этот мужик там делал? — обратилась к страусенку, тот только глаза еще больше выпучил и не ответил. Ну естественно, если бы птица мне ответила, я бы от страха сама в подполье спрыгнула. — Ладно, пойдем спать.
Птенца я на одну ночь поселила в своей комнате, во избежание возможных катастроф. С утра принесла ему сваренных макарон, на всякий случай, я вообще не уверена, что понимаю чем его кормить, судя по его вчерашнему ужину.
Птенца заперла в спальне, свернула платье в сверток, не стала задумываться о том, как оно будет смотреться с кроссовками, и отправилась в поселение.
Когда подошла к жилым домам солнце уже село, хотя время было всего ничего.
