В новом доме я пропускаю долгие слезные минуты. Полуразрушена старая ферма, кажется, случайно переименована в уютный дом для меня. Ветер срывается окном через дырку, вопит как и я. Помещение наполняется атмосферой заброшенности, но я готова на все, чтобы понять, что именно принадлежало мне в этой мрачной избушке-днеце....
Глава 2
Первое, что захотелось сделать, это протереть пыль хотя бы на кухне. Вода, благо была, не знаю в каком состоянии водопроводные трубы и откуда вообще она качается, но очень надеюсь, что пить ее можно. Набрала стакан в раковине на кухне и пригубила. Ну, тиной не пахнет, хлоркой тоже, может быть и не отравлюсь."
"Тряпок никаких не нашла, немного поразмыслив решила, что застиранная старенькая занавеска с окна будет служить мне тряпками для уборки. Сняла ее, порвала на лоскуты и принялась за пыль.
К плите с зажигалкой подходила осторожно. Дома привыкла к газу, но все равно каждый раз опасалась, а здесь я даже не уверена, что она работает именно на газу. Никаких баллонов видно не было, труб тем более, просто плита даже без духового шкафа и все. Покрутила все переключатели, прислушалась.
Может, сломалась?
Шипение появилось внезапно, я успела только отскочить к двери. Плита затряслась на месте, словно стиральная машинка на отжиме, все четыре конфорки изрыгнули синее пламя, которое тут же потухло, и в ту же секунду эта адская штуковина какой-то неведомой силой была выброшена в кухонное окно. Осколки стекла со звоном посыпались на пол, а откуда-то с улицы донеслось смачное:
— Твою мать!
Ругательство, сопровождаемое грохотом, заставило меня пулей вылететь на улицу, и тут же вбежать обратно, а за происходящим наблюдать через дыру в оконном проеме.
Плита все еще дрыгалась, только теперь лежа на боку и... на соседском заборе. На поваленном заборе. Новенький белый штакетник рассыпался по двору как карточный домик, помял все клумбы с прекрасными цветами, вырвал кое-где клочки земли с изумрудной травкой.
— А вы почему на улице? — крикнула единственное, что пришло в голову. Нет, ну правда, какого лешего ему дома не сидится в такую жару? За причиненные неудобства надо бы извиниться, но бежать и рассыпаться в извинениях не хотелось. Глядя, как мужчина поднимается и стонет от боли, даже злорадно усмехнулась. Это его карма наказала, за то, что не защитил от петуха.
