Автор
Эйвер Хант — успешный юрист, чья уникальная способность покорять женщин феромоном давно стала его проклятием. Он не верит в истинные чувства, пока не встречает ту единственную, чей сердце устоит против его власти. Смогут ли они найти любовь без магии феромона?
30. Анна
- Доброе утро, красавица, - совсем рядом слышу голос Эйвера, но сквозь приоткрытые веки лицо расплывается. Он кажется нереальным, призрачным, ненастоящим. Но это он.
- Дьявол! - закрываю лицо одеялом. Ханта мне как раз и не хватало. Представляю, как я сейчас шикарно выгляжу. После всего. Со спутанными волосами, со сна, в больничной одежде.
- Можно просто Эйвер, - улыбается он. Точно знаю, что улыбается. - Я сижу тут давно. Я уже всё видел. И слышал, кстати. Не знал, что ты храпишь.
- Я не храплю, - откидываю одеяло.
- Ещё как храпишь, - он склоняет набок голову, прикрывает глаза, издаёт звуки похожие на хрюканье, а потом причмокивает, словно во сне.
- Паяц, - снова укрываюсь с головой, но в этот раз, чтобы он не видел, как я улыбаюсь.
- Боже, что это? - приподнимает он с лица одеяло. - Ты бодалась с единорогом, или это третий глаз? Лично я за первый вариант.
- Чёрт, - трогаю шишку на лбу. Уже не такая страшная, как была, но ещё выпирает. - Ещё будут дурацкие замечания?
- Ладно, шутки в сторону, - устраиваясь в кресле, он закидывает ногу на ногу. - Врач сказал: ничего серьёзного, сотрясения нет. Но это не важно, я всё равно засужу этого ублюдка Ривера по полной программе. Но начнём с того, как ты вообще оказалась в его машине.
- Он предложил меня подвести. Это несчастный случай, Эйв, - неудобно говорить лёжа, поэтому, натягивая к груди одеяло, поднимаюсь повыше к подголовнику больничной кровати.
- Опять его выгораживаешь? - вздыхает Хант.
- Он не нуждается в моей защите, просто отстань от него, - отворачиваюсь, чтобы он не сверлил меня своим безжалостным взглядом.
- Почему?
- Потому что ты только всё усложнишь, Эйвер, - шумно, недовольно выдыхаю. Как объяснить ему всю запутанность наших отношений с Ривером? Всю замысловатость самого Ривера, ненавидящего женщин, предпочитающего любым из них девственниц. Неопытных, робких, испуганных. Юных. Непорочных. Не знаю только с чего он вдруг сделал исключение и заклинился на мне. А Ханту это знать и тем более не стоит. - Всё станет ещё хуже.
Небольшая палата завалена цветами. Ровными рядами в одинаковых вазах огромные букеты стоят на полу. Ярко-красные розы. Способ Ривера сказать: «Прости!» За то, что я пострадала. За то, что он меня всё же подвёл. Не сберёг. И я не чувствую ни обиды, ни злости, ни отвращения. Но среди этого моря гибнущих цветов ощущаю себя на больничной кровати как в белом гробу. Словно лежу на собственных похоронах. Видимо, запоздалое осознание, что я могла погибнуть.
