Автор
В тишине снежной улицы под вечер жестокая реальность призывает к печали. Мимолетные встречи со случайными прохожими напоминают о том, что жизнь продолжается невзирая на ледяную красоту осени. Здесь время замерло, и каждый шаг как будто таит в себе неизвестность.
Соседи видели, как он за «Скорой» бежал, которая отца увозила. Ну и потерялся, скорее всего. Я его поискал немного, но мне уезжать нужно было, поэтому я его так и не нашел. А вы, видимо, подобрали, да?
— Его девушка одна нашла и сдала в собачий приют, — сказала Лелька, понимая, что ни за что не сможет расстаться с этой собакой. — А мы уже оттуда взяли. Вы его у нас забрать хотите? Может быть, я могу у вас его купить? Мы привыкли к нему, и, знаете, он неделю назад моему сыну жизнь спас, так что я не хотела бы с ним расставаться… — Она в отчаянии смотрела на мужчину.
Будто услышав ее слова, Цезарь перестал ластиться к мужчине и, подбежав к Максиму, спрятался за его спиной. Присев на корточки, Макс прижался к собачьей морде лицом, а потом незаметно пристегнул к ошейнику поводок.
— Я тебя не отдам, — шепнул он в собачье ухо. — Мы сейчас убежим, и этот мужик нас не догонит. А если мама ему сдуру скажет, где мы живем, я тебя у Мити спрячу, и он тебя не найдет. Ты моя собака!
— Нет, если вы не против, я не хотел бы его забирать, — сказал вдруг мужчина, и Лельке показалось, что она ослышалась.
— Спасибо! — выдохнула Лелька. — На самом деле я бы вам его все равно не отдала. Так что спасибо.
— Удачи вам. Пока, Гай. — Он помахал им рукой и не спеша пошел по тропинке к выходу из парка.
— Господи, спасибо тебе! — сказала Лелька и под наплывом чувств поцеловала собачью морду. — Ты теперь совсем-совсем наш! И никакой ты не Гай, а Цезарь.
Споткнувшись на этой фразе, она посмотрела на Максима, и они оба захохотали.
— Гай Юлий Цезарь, мам! — Максим давился хохотом. — Ты представляешь, как я ему здорово имя придумал!
— Да уж, ты у меня во всем талантливый, даже телепатически угадываешь, как собаку назвать.
— В общем, он точно Цезарь и точно наш. Я все время волновался, что найдется его настоящий хозяин и его заберет. А теперь можно не волноваться. Это же здорово! — Он опять спустил собаку с поводка, и они еще долго играли в снежки, счастливые и довольные друг другом женщина, ее сын и пес.
Глава 23
Пожизненный приговор отменяется
И у людей, и у собак одно желание — быть любимыми.
Эльчин СафарлиОн был уверен, что его жизнь кончилась.
