Автор
В тишине снежной улицы под вечер жестокая реальность призывает к печали. Мимолетные встречи со случайными прохожими напоминают о том, что жизнь продолжается невзирая на ледяную красоту осени. Здесь время замерло, и каждый шаг как будто таит в себе неизвестность.
Что? С Феденькой придешь? Он тебя привезет? Радикулит? — Голос его потеплел. — Это хорошо. То есть плохо, что ты болен, но Феденьке я рад. Я так давно не видел твоего мальчика. Заодно спрошу, что он так редко к нам приходит. Сашенька ему тоже всегда рад. Давай, жду.
Положив телефонную трубку, он вытер влажную от пота руку о штанину. Если Пашка о чем-то догадается, прибьет. Хотя нет, он всегда был слизняком. Преподаватель от бога. Литературу знает, как никто. А Мандельштама как читает! Заслушаешься. Но вот характер слабоват.
Зато Феденька у него… Феденька, Сашенька… Его мальчики. Представив, как четыре молодые горячие руки ласкают его стареющее тело, он судорожно дернулся. Кровь прилила к животу. Аа-ах, как сладко. Опустив руку в карман длинного сюртука, он начал поглаживать свою томящуюся от предвкушения плоть. Когда Феденька приезжал? Позавчера? Просто Пашке совсем не обязательно знать, как часто он у них бывает и чем именно они занимаются втроем.
Воспоминания накатывали жаркими волнами, одна за другой. Что ж поделать, если только в эти минуты он может не думать о дьяволе? Тот исчезает, растворяется в мягкой зыби удовольствия, сладким маревом заливающего мозг. Пусть так. И неважно, что бы про это подумали окружающие. Если узнают, не поймут. Шепчутся, конечно, но не пойман — не вор. А доказать ничего невозможно. Со свечкой никто не стоял. И все эти годы он был осторожен, убийственно осторожен.
Глава 10
Перекрестки судьбы
Цифры не лгут. Посчитай, сколько людей тебя облаяло и сколько собак!
ПшекруйЗима полностью освоила завоеванные позиции. Все выше становились сугробы в парке, все труднее Цезарю было отыскивать замерзшие яблоки на газонах, чему Лелька и Максим были несказанно рады.
