Глава 30
Следующее утро началось с сюрприза. За завтраком неожиданно все оказались в сборе: дети, старухи, Кара и Макс. Сначала народ мирно разливал по чашкам кофе, какао и чай, но потом Галина Михайловна решила продемонстрировать педагогическую бдительность и заявила:
– Кирилл, немедленно положи назад копченую колбасу.
– Почему? – безнадежно спросил мальчик.
Галина Михайловна мигом оседлала любимого конька:
– Отвратительная еда. Это убитое животное.
– А вы, – нагло спросила Лизавета, – едите прямо то, что бегает?
Я под столом быстро наступила девочке на ногу.
– Я вообще не употребляю ничего подобного, – покраснела мать Кары, – и никому не советую. Никогда! Существуют хлеб, картошка, каши…
И тут вмешалась Роза Константиновна:
– Милая Галочка…
Я с сочувствием посмотрела на подростка. Сегодня Кирюшка оделся в джинсовый комбинезон с бесчисленным количеством карманов. На улице чуть похолодало, и мальчик решил пофорсить перед девицами. Сейчас ему достанется от хищных гарпий по полной программе.
Одна станет читать лекцию о вкусной и здоровой пище, другая примется давать указания по поводу одежды.
Но Роза Константиновна повела себя неожиданно.
– Милая Галочка, мы живем в стране демократии, слава богу, страшное коммунистическое прошлое, когда все должны были одинаково питаться и одеваться, ушло в прошлое. Вам, моя дорогая, учитывая возраст, и в самом деле, пожалуй, не стоит вкушать мясное, жирное и сдобное. Впрочем, носить мини-юбки и кожаные штаны тоже не советую. Но Кирюша находится на том счастливом отрезке жизни, когда никаких запретов нет.
Нравится ему бегать в жарких штанах из корабельной парусины, да бога ради. Желает лакомиться колбаской? Кушай на здоровье, мой ангел, и никого не слушай! Еще успеешь нахлебаться геркулеса на воде, это лакомство от тебя не убежит!
Сказав эти слова, Роза Константиновна пододвинула мальчику блюдо с мясной нарезкой.
– Кушай, кушай!
Галина Михайловна, не ожидавшая от своей заклятой подруги подобного предательства, подавилась кофе и принялась судорожно кашлять.
Роза Константиновна, понизив голос, сказала так тихо, что ее услышали лишь я и Кирюшка:
– Вообще говоря, твой комбинезон выглядит отвратительно, в таких ходят строительные рабочие. Но, согласитесь, пожилая дама, лазающая по лестницам в нижнем белье, потеряла всякое моральное право осуждать других, ведь так?
И она весело захихикала. Я разинула рот: а старуха, оказывается, с чувством юмора, и не такая уж она зануда.
