— Причем сделать его следует четко, ясно, членораздельно, а не бубнить, словно на вокзале.
— Нет проблем, — без капризов согласился юноша и сделал выразительный жест указательным и большим пальцами.
— Уже заплатила, — напомнила я.
— Вы с ума сошли! Пролаяли нечто непонятное!
— Кому надо — поймет.
— Полтинник, — уперся радист. — И вообще, я сразу предложил: гоните баклана в кудрях, тогда хоть до утра талдычить стану, с выражением.
— Вымогатель! — рассердилась я.
— Ну и ступайте отсюда, пока охрану не позвал, — скорчил рожу радист.
Кипя от возмущения, я вылетела из рубки, горя желанием немедленно отправиться к директору и потребовать от Александра Григорьевича объяснений. При прежнем руководстве в учебном заведении царили совсем иные порядки. Впрочем, может, новый педагогический начальник не в курсе прайс-листа на услуги радиорубки?
— Здравствуйте, — послышался тоненький голос.
Я вздрогнула, повернула голову и увидела болезненно полную девочку, одетую в бесформенный балахон темно-серого цвета. Несчастный ребенок явно болен! Кожа на лице имела землистый оттенок, под глазами чернели синяки, а губы были фиолетового оттенка. Хотя, похоже, наивная девочка решила приукрасить себя и воспользовалась совершенно не подходящей для нее косметикой. Интересно, куда смотрит мать толстушки? Сначала позволила дочери разъесться до чудовищных размеров, а теперь не желает помочь ребенку привести себя в порядок.
— Я Лариса Антонова, — представилось несчастное существо, — по радио попросили сюда прийти. Это вы меня звали?
— Да, деточка, — ласково ответила я. — Меня зовут Евлампия Романова, можно просто Лампа. Думаю, ты обо мне от Лизы слышала.
— Много раз, — улыбнулась школьница. — Вы в ФСБ служите. Там интересно, да?
Тяжелый вздох вырвался из моей груди. Вот так, на пустом месте, и рождаются сплетни.
— Нет, я вовсе не являюсь разведчиком.
— Да? — с недоверием протянула Лаура. — А Лизка другое рассказывала.
— Думаю, ты тоже иногда фантазируешь, — улыбнулась я. — Про мастера спорта по гимнастике, скажем, и про золотые медали.
Щеки Ларисы вспыхнули огнем, очень быстро яркая краснота захватила лоб, уши и перешла на шею.
— Это правда, — тихо сказала девочка, — у меня имеются звание и награды. Могу их показать.
— Не подумай, что намекаю на некие физические особенности, — осторожно сказала я, — но, согласись, трудно представить тебя на ковре, выполняющей сальто или иное упражнение. Для гимнастики огромное значение имеет правильный вес. Впрочем, я понимаю, отчего ты придумала…
— Всегда говорю только правду, — перебила меня Лариса.
— Хорошо, — кивнула я и сменила тему: — Тогда ответь: свечка в виде кошки на самом деле приехала из Парижа?
На лицо школьницы наползло выражение невероятного изумления.