Автор
Раздумывая над новостью о любовных интрижках известного русского писателя, я нажимаю на заголовок статьи. Опустошенный взгляд мужчины, обнимая девушки, вызывает мгновенное интерес к сюжету и создаёт острое недосказанное дыхание вокруг слухов.
Если бы мог — он бы точно плюнул мне под ноги, но вместо этого тащит за собой тетю Аишу и оставляет меня одну. Пока прокручиваю в голове все, что бы сказала им, они уже уходят.
С одной стороны, мне жутко досадно, что я и слова не смогла сказать, а с другой — хорошо, что не сказала. В каком свете я бы выставила своих родителей и мужа, решив препираться со старшими? Меня всегда учили уважению и почету, но до этого момента я наивно полагала, что должна получить в ответ то же самое, а не массу презрения и ненависти.
Оставшись одна, растерянно смотрю перед собой.
Я отмираю, когда подходят родители вместе с друзьями. Вежливо улыбаюсь, поклоняюсь, прячу глаза в пол, демонстрируя покорность. Вместо фальшивых улыбок хочется закричать во все горло. Высказать всем, что я думаю об их трусливом согласии молчать. Еще вчера среди нас была Амина. Она веселилась вместе со всеми, улыбалась и проявляла заботу.
Кажется, тете Заринэ она помогла спасти юбку, которая зацепилась за гвоздь, торчащий из ножки стола. А дядю Назима поддержала под руку, когда тот не разминулся с чьими-то ногами и едва не свалился в самом центре ресторана. Все они присутствуют здесь, но старательно делают вид, что никакой Амины вчера не было.
Мама что-то говорит мне, а я только бессмысленно киваю, а затем и вовсе решаюсь подойти к милому старичку Назиму. Может, хоть он? Хоть он скажет им всем, что они неправы? Но вместо понимания, он смотрит на меня, как на слабоумную, а затем и вовсе изрекает:
— Молодежь пошла… ни стыда, ни совести.
Вот как…
Оказывается, сверкающая вчера добротой Амина «опозорила» семью. И всех в этом помещении, с кем общалась, очернила. Я вижу, как дядя Назим и от меня шарахается, будто я вшивая какая-то. Отходит подальше. Зато жена его с улыбкой желает мне счастья.
— И детишек зачать, — искренне так, по-доброму. — Пусть Аллах пошлет крепкого сына.
Я не знаю, что ответить. Врать, благодарить, светиться счастьем? Выбираю все сразу. С лучезарной улыбкой благодарю за пожелание. Вру бессовестно, осознавая, что выбора никакого на самом деле нет. Вряд ли кто-то хочет услышать правду, что у нас едва ли вчера все случилось, а после муж вовсе ушел к другой. Счастье? Детишек? Как бы не так!
— Так и планируешь доставать гостей без повода? — хмуро спрашивает Рустам, подхватив меня под руку и увлекая за собой.
