Автор
Раздумывая над новостью о любовных интрижках известного русского писателя, я нажимаю на заголовок статьи. Опустошенный взгляд мужчины, обнимая девушки, вызывает мгновенное интерес к сюжету и создаёт острое недосказанное дыхание вокруг слухов.
Девушка стаскивает с подноса бокал, и спустя пять минут ей определенно становится легче, а вот мне нет. В помещении душно и присутствие Екатерины слегка нервирует. Так что в конце концов, не выдержав, прошу прощения, и ухожу в уборную.
Плеснув в лицо горсть воды, вытираюсь салфетками и заново наношу блеск для губ. Но он, к сожалению, не спасает ситуацию. В отражении на меня смотрит бледная темноволосая девушка. Как-то испуганно, и я бы даже сказал затравленно. Особенно тогда, когда дверь открывается и на пороге появляется обладательница кричаще-красного платья.
Она останавливается рядом и, сложив руки на груди, смотрит на меня. Ошибки быть не может, она пришла сюда не помыть руки."
"Но разговаривать я с ней не хочу. Нам не о чем. Я — законная жена, пусть я и не согреваю постель мужа. А она… кто она? Любовница? Даже говорить с ней противно.
— Подожди, — летит мне в спину. — Дария, да?
Екатерине приходится догнать меня и встать впереди. Только тогда я останавливаюсь и смотрю на нее.
— Мы знакомы? — интересуюсь холодно.
— Да ладно! — восклицает. — Неужто меня не знаешь?
Вопросительно вскидываю одну бровь. Очень хочется достать перцовый баллончик из сумочки, который мне зачем-то положила в багаж мама, а я переложила его в сумочку, и распылить содержимое ей на лицо. Чтобы стереть самоуверенную улыбку и полный превосходства взгляд.
Как она вообще посмела ко мне подойти? Ко мне, законной жене.
— Я Екатерина… — делает паузу. — Белозубова.
— И что?
Никогда еще мне не хотелось схватить перцовый баллончик так сильно, как сейчас.
— Ты не читаешь статьи, что ли? Где вас всех там растят? — с насмешкой. — На грядках, что ли? Или с пеленок учат закрывать на все глаза? Быть послушной, — она делает шаг ко мне и еще и еще, оттесняя меня к стене.
Надо заметить, из-за ее роста, ей это с легкостью удается. Я пасую, отшагиваю назад, упираясь поясницей в мраморную поверхность.
— Правильная девочка Дария, — она насмехается надо мной, хотя совершенно меня не знает.
Ни меня, ни обычаи нашей семьи, ничего. Думает, что ей все позволено и она может вот так запросто подходить ко мне?
— Правильная, — киваю, нащупывая за спиной кран. Он здесь вытяжной, невероятно удобный. — Но только с мужем и своей семьей.
Потянув кран на себя, направляю его на Екатерину и открываю напор воды.
