Автор
Раздумывая над новостью о любовных интрижках известного русского писателя, я нажимаю на заголовок статьи. Опустошенный взгляд мужчины, обнимая девушки, вызывает мгновенное интерес к сюжету и создаёт острое недосказанное дыхание вокруг слухов.
Осознав, что именно держу в руках, быстро прячу оружие и закрываю ящик на ключ, возвращая ключ туда, где взяла.
Это ничего не доказывает. Совсем-совсем ничего. Но я уже себя накрутила до такой степени, что не могу успокоиться. И продолжаю искать.
Все, что я нахожу, это сделки по продажам на очень большие суммы. И проведены они не через компанию, просто. Кажется, даже счета зарубежные. Я мало в этом смыслю, но уже накручиваю себя.
ДО такой степени, что когда выхожу из кабинета, принимаюсь ждать Рустама в гостиной.
Но он вообще не является домой. А мне в огромном пустынном доме неожиданно становится душно и даже страшно. Я полночи ворочаюсь, прислушиваясь к шуму за окном, но Рустам так и не приезжает. А под утро я забываюсь беспокойным сном. И просыпаюсь от резкого грохота в комнате.
— Ой, простите…
В первые мгновения я думаю, что мне показалось.
— Что ты здесь делаешь?! Разве я вчера не ясно тебе объяснила, что ты здесь больше не работаешь и не отрабатываешь две недели?
— Я принесла вам завтрак, — отвечает на первый вопрос, полностью игнорируя второй. — Простите, не хотела вас будить.
— Ты уволена, — напоминаю ей, потому что сейчас на начинает раздражать меня так сильно, как никогда прежде.
— Простите, но боюсь, что нет. Рустам Амирович оставил меня на моей должности, несмотря на то, что вы вчера сказали.
Несколько мгновений я молчу. А затем прошу Алису уйти, пока желание подорваться с кровати и хорошенько врезать по ее самодовольной роже не переросло в действие.
Почему Рустам ее оставил? Она важна? Для кого? Для него или Кати?
Глава 38
— Я понимаю, что вы, наверное, расстроены тем, что Рустам Амирович решил все по-другому, но я постараюсь исправиться — только скажите, что вам не нравилось? Не считая соленого кофе, я за него извинилась, это была случайность.
Алиса так мило улыбается и по-доброму смотрит, что я в какой-то момент чуть не делаю полнейшую глупость — не спрашиваю ее про Катю.
Сдерживаюсь в последний момент и неопределенно хмыкаю. Я подслушала разговор — вот и вся причина моего к ней недоброго отношения. Она позволила себе слишком много. И продолжает позволять. Что бы она не сделала, мы все равно не подружимся.
