Автор
Лиза с беспокойством чувствует себя среди гостей, переживающих свой последний день веселья перед отъездом после свадьбы. Внезапно наступает тишина, и она погружается в мрачные мысли о своей роли фиктивной жены, подозревая, что может быть обманута.
Та громко хмыкает:
– Ну, ты, Лиза, даёшь, если это правда, то я совсем от тебя не ожидала.
– Чего не ожидала?
– Связываться с кем-то таким, как Артур, когда Данил…, – соседка останавливается, что-то соображает, – стой, ты из-за него, что ли? Чтобы отомстить? – спрашивает Вика.
При упоминании этого имени меня дрожь берет. А тут ещё такие подозрения. Вика – гадина, давит на самое больное. Не подружка, а просто соседка по общежитию. Почему я все время забываю об этом?
– Он тут вообще ни при чем.
– Да-да, ну-ну, ври лучше.
Взрываюсь:
– Слушай, что ты ко мне так пристала? Из-за Артура? Я не виновата в том, что он так с тобой обошёлся…
– Заткнись, – рычит, как дикая кошка.
Я выхожу из комнаты. Иначе мы сейчас точно подеремся.
Зачем она приплела сюда Данила?
Данил Третьяков – мой бывший парень. Мы очень давно друг друга знаем, учились в одной школе, жили в одном дворе. Оба из провинции.
Когда я приехала поступать в Москву, Данил мне сообщил, что «наша детская любовь прошла, он встретил другую».
Не передать словами, как я была подавлена и разбита. Как будто в прямом смысле у меня вытащили сердце и растоптали его каблуком.
Потом Вика мне рассказывала про его «другую».
Я не верила. Оправдывала его, как могла. Ну, разлюбил, влюбился в другую. Пока однажды не пришёл ко мне в комнату общежития пьяный в хлам. Плохо стоял на ногах, я не смогла его выпроводить. Он сказал мне тогда заплетающимся языком:"
"– Лизонька…Жалею, что не торопил тебя с сексом, берег.
– Проваливай сейчас же, – кричала я.
– Лиз, Лизка, какая ты милая, ну, почему ты небогатая наследница?
– О чем ты говоришь?
– Не хочу прозябать в нищете, как мои родители. Горбатиться сто лет на ипотеку, чтоб купить квартиру в Москве – тоже не хочу. Единственный выход для таких, как мы, – найти себе богатую пару. Запомни это.
Блин, сейчас вспомнила этот диалог и гадко стало.
