А затем вспомнила, как эти сильные руки обнимали меня, притягивая к себе. Все ближе и ближе, и…
«Боже!» — попеняла себе мысленно. Я снова думала не о том.
Надо рассказать генералу о нашей прогулке с Габриэлем, чтобы он знал, кого впустил в свой дом. Впрочем, не сомневаюсь, гнилую сущность своего кузена и его супруги, Нед видит насквозь.
— Не хотела вас тревожить, но дело в том, что сегодня ваш сын показал мне один тайный ход, ведущий из холла к спальням в гостевых комнатах, — решила не откладывать надолго суть разговора.
Взгляд генерала потемнел.
— Да, я обещала мальчику, что не выдам наше маленькое приключение, — продолжила спокойно, — но дело в том, что мы нечаянно подслушали разговор четы Харрингтон.
Он выдержал паузу. По лицу мужчины скользнула тень. Это была смесь недовольства с раздражением.
— Пожалуйста, не ругайте мальчика, Нед. Он просто хотел показать мне замок. Ту его часть, которая интересна ему самому, — попросила я. — Но сейчас дело не в этом. Я услышала часть беседы между Кобретом и его женой. Полагаю, они поставили магическую защиту, опасаясь быть услышанными, но…
— Для Габи нет ничего невозможного. Любая защита так…пустяк, — произнес тихо муж.
— Вот как! — Его слова меня удивили. Мальчик был силен. Но я и представить себе не могла насколько!
— Ему запрещено ходить по переходам в стенах, — добавил Эдвард. — А он, как всегда, никого не слушается.
— Дело не в этом, Нед, — запротестовала я. — Вы бы слышали, что о вас говорили Харрингоны! Боже, да зачем вы вообще впускаете этих людей в свой дом? — я посмотрела на генерала. — Вы же прекрасно понимаете, что они ненавидят вас и завидуют вам.
— Им нужен титул и замок, — просто сказал муж.
— И вы так легко говорите об этом? — поразилась спокойствию супруга.
— Да. А что я должен делать? Замок им не отойдет. Я сделаю все, что будет в моих силах, чтобы Пустоши получили только мои дети и дети моих детей.
— И все же, они, кажется, на что-то надеются. У вас есть сын, не вижу проблемы с наследованием. А этих родственников просто выставьте вон! Вы вполне заслужили покой и право выбирать с кем видеться и кого принимать в своем доме. Сомневаюсь, что кто-то станет упрекать вас, поступи вы подобным образом. Эти глупые правила приличия, — я поджала губы, чтобы не высказаться резко словами, недостойными леди Бэрилл.
Эдвард посмотрел мне в глаза и вдруг улыбнулся. Я же в первую минуту даже опешила от такой его реакции.
Вот говорю ему важные вещи, а он улыбается и, кажется, не берет в расчет предупреждение по поводу Харрингтонов.
— Мне приятна ваша забота, Эйвери, — произнес генерал, — но вы напрасно опасаетесь Корбета и Геру. Да, я и сам их терпеть не могу. Да, они мечтают жить в этом замке и получить титул моего отца. Но, поверьте, я знаю обоих дольше вас.