И вполне разделяю негодование Эдварда и его близких.
— Вы были крайне нелюбезны, генерал Бэрилл! — поднялся со своего места Корбет. Он предложил руку сначала супруге, затем дочери. — Мне не хочется задерживаться в этом доме до ужина. Полагаю, он приведет лишь к несварению и не принесет того удовольствия, на которое я рассчитывал! — холодно отчеканил мужчина. — Но не подумайте, что дерзость сойдет вам с рук. Ждите моего поверенного с бумагами. И надеюсь, что его величество сможет вам помочь, хотя сильно сомневаюсь в этом.
Значит, деньги. Бэриллы должны всем и вся. Я сдержанно улыбнулась. Чувствую, что долги заслуга отнюдь не Эдварда. А значит, отличились его бабушка и отец. Впрочем, этого стоило ожидать. Как-то же они остались на плаву все это время. Даже старым слугам, оставшимся в замке после разорения, нужно было платить. Или хотя бы кормить их должным образом.
Харрингтоны важно прошествовали к выходу. Я последовала за ними.
— Вы намерены выехать в ночь? — поразилась.
Как бы мне не нравились эти трое, но я чувствовала ответственность за их судьбы.
— Если вас так волнует наш отъезд, спешу успокоить, — обернулся Корбет. — Мы остановимся на ночлег в таверне в городе. Уж лучше сон в компании клопов и вшей, чем пребывание в этом захолустье.
Все мои добрые помысли сошли на нет. Улыбнувшись наглому родственнику, произнесла:
— Извините за откровенность, но, возможно, презираемая вами компания насекомых, единственная, которой вы достойны, — и добавила, подхватив юбки, — не имею желания задерживать дольше. Немедленно велю слугам помочь вам собрать вещи. Полагаю, вы сможете добраться до рыбачьего городка еще до темноты, если поспешите.
Корбет побагровел. Его супруга, не выдержав, бросила мне в спину зло:
— Торговка и выскочка!
Но я лишь прошествовала мимо Харрингтонов, держа голову высоко и презирая их мнение.
Торговка и выскочка могла ответить так, что бедняге мистеру Харрингтону пришлось бы принести нюхательные соли, как и его противной супруге. Хорошо, что хоть Фанни промолчала. Это делало ей честь.
Я поднялась по лестнице с прямой спиной. Вошла к себе и вызвала прислугу. Отдав распоряжения насчет Харрингтонов, велела всем свободным слугам помогать нашим славным гостям отправиться восвояси. Право слово, Пустоши без них будут спокойнее. Возможно, в этот дом снова вернется счастье, если его не будут разрушать вот такие, подобные Харрингтонам, люди.
Сбросив пыльную после дороги одежду в корзину, я вошла в ванную комнату в одной сорочке. Хотелось смыть с себя усталость и пыль. К тому же, несмотря ни на что, я была довольна отъездом Корбета и его семьи.
Лишь бы не передумал.
Эта мысль промелькнула в голове, когда опустилась в воду, блаженно закрывая глаза.