Автор
Карина узнает о беременности мужа от другой женщины. Её супруг категорически отрицает происходящее. Героине придётся разобраться в запутанной ситуации и решить, сможет ли она простить предательство и спасти свой брак или их пути разойдутся навсегда.
— А как мне говорить с мошенницами? Сейчас полиция подъедет, они ещё не слышали твоих сказок, — забарабанил по столешнице, наблюдая, как в кабинет входит Андро.
Сын был в ярости! Не смотрел в мою сторону, а вот на блондинку пялился так, словно взглядом пытался спалить. Его тело было напряженным, лицо бледным, искаженным ярким отвращением. Девушка тоже ощутила этот взгляд, съежилась и отвернула корпус.
Так-так… Значит, я не ошибся. Ромашки предназначались этой курице.
Эх, Андрюшка… Поздравляю с первой шишкой, с первым разочарованием и чуть покосившимися розовыми очками, сквозь призму который мир кажется доброжелательным, а на самом деле кишит пираньями, чья цель – урвать кусок пожирнее.
— Почему в кабинете посторонние? — зашептала блондинка. — Левон, мы можем решить вопрос наедине. Для чего ты позоришь меня? Любящий человек никогда так не поступит…
— Правильно. Вот только люблю я свою семью, а не блядь, решившую срубить бабла. Дата какая? — я кивнул Леонтьеву, а тот стал вбивать нужные параметры для поиска в системе видеонаблюдения. Но Надя будто застыла, лишь хлопала глазищами, явно не понимая, что сейчас будет.
— Я не буду в этом участвовать! — девка подскочила и попыталась выбежать из кабинета, только, распахнув дверь, напоролась на охрану. — Левон! Скажи, чтобы меня отпустили!
Надя с надеждой смотрела в мою сторону, но мне было всё равно… Тогда она бросилась к Андрею, схватила его руку, прижимая к груди.
— Андрей… Скажи отцу, чтобы отпустил! Что вы за звери-то? Может, вы меня и убьёте здесь? А за что? Я ничего не сделала! Вам нечего мне предъявить! — взвыла она…
И наконец-то пластиковое выражение лица исчезло. Девушка выпустила страх, панику, осознав, что оказалась запертой в кабинете с тремя мужчинами, сочувствия в которых искать нет никакого смысла.
— Ты спал с ней? — Андрей сморщился, не желая произносить имя девушки, которой ещё несколько часов назад нёс цветы. — Отец, ответь… Ты с ней спал?
— Нет, — мне не нужно было притворяться, не нужно было разыгрывать спектакль и сыпать тонной аргументов. Андрей мой сын! Он рос в семье, где было принято обо всём говорить честно и прямо."
"Я до сих пор помню день, когда случайно увидел кончик «Плейбоя», торчащий из-под матраса. Помню, как долго подбирал слова, пытаясь разумно рассказать сыну о сексе и его последствиях. Если я за всю свою жизнь что-то и сделал правильное, то это воспитание моего сына.
Ему больно, но Андрей справится.
