– Я не… – Телла замолчала, увидев, что за зеркало ей предлагают. Его края были покрыты толстыми завитками расплавленного золота, точно такими же, как у Аракла – Судьбоносного предмета, на который Телла излишне полагалась, пока он был заперт в ловушке карты.
Телла не знала, был ли это настоящий Аракл, наконец, обретший свободу, но на всякий случай потупилась и поспешно отступила на шаг, прежде чем он успеет явить ей какие-либо дурные образы будущего.
– Оказавшись в правильных руках, он покажет гораздо больше, чем просто твое отражение, – проворковала женщина.
– Меня это не интересует! Собственное отражение нравится мне таким, какое есть. – Спотыкаясь, Телла продолжала пятиться. Она изо всех сил старалась не отвлекаться на заманчивые предложения торговцев: гребень против выпадения волос, капли, способные придать глазам любой цвет, какой только пожелает, и тревожащий воображение десерт под названием «Пирог с колибри».
Каждый торговец вел себя излишне дружелюбно и чересчур нетерпеливо, как будто Телла была первым гостем за последние несколько веков, что вполне могло оказаться правдой, поскольку Исчезнувший Рынок тоже томился в ловушке проклятой Колоды Судьбы.
– У меня есть туфли, в которых ты никогда не собьешься с пути. Готов отдать их в обмен на твои красивые локоны. – У восторженного мужчины тут же появилась в руках пара тяжелых ножниц.
Телла не сомневалась, что он остриг бы ее без всякого разрешения, если бы она не поспешила скрыться в соседней палатке. Здесь было просторнее, лишь с тканевой крыши свисал на земляной пол занавес в бирюзовую и персиковую полоску. Перед ним на высоком табурете восседала поразительно красивая девушка примерно возраста Теллы, с безупречной кожей и прекрасными кобальтовыми глазами – того же цвета, что и ее волосы. Она приветствовала посетительницу лучезарной улыбкой, но Телла готова была поклясться, что даже в глазах изображенных на картинах людей было больше глубины. В отличие от других торговцев, эта девушка ничего ей не предлагала. Она просто болтала ногами взад-вперед, как маленький ребенок.
Телла повернулась, собираясь уйти, но тут из-за занавеса медленно вышла другая женщина. Она была намного старше, с морщинистой кожей и тускло-голубыми волосами, которые выглядели как линялая версия волос молодой девушки. Также у них были одинаковые кобальтовые глаза, но у девушки они ничего не выражали, а у старухи, напротив, казались острыми и проницательными.
Телле подумалось, что она смотрит на две разные версии одного и того же человека: одна лишилась молодости, а другая – рассудка.
– Вы сестры? – рискнула спросить Телла.
– Мы близнецы, – ответила старшая женщина.
– Как такое возможно? – выпалила Телла и тут же поняла, что это не имеет значения.