В мире Финала каждая история длиною в жизнь разворачивается из четырех частей: от начала до преддверия концовки и последней истинной ее сущности. Многие оказываются слишком поздно, уступая судьбе перед бесконечностью провалов. Кажется невероятным, но жизнь зачастую завершается в самой тяжелой части пути - там, где кажется всё окончено и надежды уже не на то место....
И я уже расплачиваюсь за это, – сквозь треснувшее слуховое оконце донесся до Теллы голос Легендо. – Моя магия значительно ослабла с тех пор, как они оказались на свободе. Пока боги и богини Судьбы еще не очнулись ото сна, но, как мне кажется, уже вернули себе часть своих сил. Я же теперь едва способен создать простенькую иллюзию.
Телла подавила желание встать и еще раз украдкой взглянуть на него. «Говорит ли он правду?» — спрашивала она себя. Если Мойрам каким-то образом удалось украсть его магию, это объясняло его внезапное исчезновение из ее сновидений.
"Конечно, это была лишь маленькая иллюзия, да и сама Телла находилась недостаточно близко, чтобы почувствовать ее. Во время одного из своих первых появлений в ее снах Легендо объяснил ей суть своих способностей: «Магия бывает двух видов, – сказал он тогда.
Тогда в ее сне как раз начался дождь, и, пробудившись несколько часов спустя, Телла обнаружила капли влаги на своей тонкой ночной рубашке.
Возможно, Легендо не лгал, уверяя, что Мойры забрали часть его магии, но он явно не говорил всей правды. Скорее всего, он по-прежнему способен создавать иллюзии, но теперь они недостаточно выразительны, чтобы заставить людей поверить в их подлинность.
Телла подумала о мертвой бабочке, которую обнаружила у себя на ладони сразу после пробуждения. Теперь, хорошенько поразмыслив, она поняла, что увидела бабочку, но не почувствовала прикосновения нежных крылышек к коже, а как только положила насекомое на прикроватную тумбочку, оно исчезло.
– Мойры никак не смогли бы завладеть твоей магией, если только ты сам не освободил их из плена карт, – рявкнула в ответ колдунья.
– Я никогда бы этого не сделал.
