Успешный предприниматель погибает от рук конкурентов и вселяется в тело выпускника пединститута. Оказавшись в 1980 году, он должен работать простым физруком в советской школе. Герою предстоит адаптироваться к совершенно иной эпохе и выполнить трёхлетний контракт по распределению, пока он...
Я почти не удивился, когда увидел на этикетке три цифры семь. Пал Палыч разлили портвейн по стаканам и мы выпили. Кажется, я уже начал понимать, в чем дело?
— Неужели вы и впрямь увлекаетесь тяжелым роком? — спросил я, дабы получить подтверждение своей идеи.
— Почему только тяжелым? — сказал он. — Я вообще люблю рок-н-ролл в частности и молодежную культуру в целом.
— Как, Пал Палыч, именно — вы?!
— А вы полагаете, что в моем возрасте это уже невозможно?
— Нет, ну не то что бы… Вы ведь директор школы, ветеран Великой Отечественной, коммунист…
— Да вот так получилось… — Он развел руками. — А в общем-то случайно вышло…
— Расскажите, если не секрет, конечно…
Разуваев снова наполнил стаканы дешевым портвейном, который как раз был в ходу у неформальной советской молодежи семидесятых — восьмидесятых. Видимо, Пал Палыч не намерен был нарушать традиции. Я представил его на вписке с хиппующими бездельниками, такого милого, уютного в тапочках и невольно улыбнулся. Не монтировался директор школы с кучкой патлатых пацанов и девчонок в хайратниках, в расклешенных до невозможности брючатах, забивающих косячок и балдеющих под «AC/DC».
— ЧП у нас в школе случилось лет пять назад, ну или чуть больше, — начал свой рассказ Разуваев. — В общем-то по нашим меркам — серьезное… Притащил один десятиклассник в школу кассетный магнитофон, и не просто так, а на школьный вечер, ну и поставил ерунду в общем, «Doors», но Эвелина Ардалионовна услышала и давай копать. Форменный допрос устроила парню. Ему бы отмолчаться, а он возьми да ляпни, что передовая американская музыка превосходит музыку советских композиторов… Что тут началось! Из комсомола этого юного дуралея хотели попереть, еле отстояли… Сейчас он уже институт закончил, талантливый инженер, внедрил там что-то полезное на производстве… Ну и вот зацепила меня эта история, решил я разобраться, чего в этой музыке такого, что молодежь заманивает. Я же педагог с тридцатилетним стажем… Должен ребят понимать… Ну и не заметил, как втянулся. Представляете?
— Почему же тогда, Антонина Павловна, ходит в молодежном прикиде, а слушает Рахманинова?
— Это она придумала… Где-то же надо доставать записи, литературу, не мне же в косухе по городу разгуливать и на сейшены приходить… Вот она и стала моим, так сказать, чрезвычайным и полномочным послом в мире молодежной контркультуры.
— Я почему-то так и подумал, — кивнул я, — хитро, конечно… Но почему она в школу в прикиде ходит?..
