Автор
В глубине мистического Тартара, где лес сплетается с болотной чужеродностью, мир жителей пущей и дрыгвы выглядит как из книги приключенческого фэнтези. Среди деревьев и мутных вод - скромные поселки, в которых обычное человечество прячет свои тайны и удивительные ресурсы, оставаясь спрятанными от внешнего мира....
В Умме, столице княжества Желтой Реки, он уже два месяца исполнял обязанности мага — куда менее обременительные, чем полагают простецы.
«Злые духи привели меня в этот город, — раздраженно подумал он. — Тоже мне, столица! Глиняные стены, глиняные дома, разрисованные устрашающими черно-багровыми спиралями, глиняные башни, похожие на исполинские термитники…» Даже дворец правителя был сложен из множества аккуратных, покрытых голубоватой глазурью глиняных кирпичей. Впрочем, понятно: здесь, на болотистых речных равнинах, камень считался редкостью, большей даже, чем кедровое дерево.
— Наш младший брат, князь Сариуш, прислал нам письмо, — медленно проговорил Замурру.
Хранитель Печати кашлянул.
— Для такого могущественного волшебника не составит труда призвать себе на помощь джинна, благородный князь, — произнес он голосом тягучим и сладким, как мед. — Джинн же легко перенесет его по воздуху куда угодно.
Лэн наградил Хранителя Печати презрительным взглядом. Это был как раз тот редкий случай, когда он действительно мог позволить себе презрительный взгляд.
— Видно, достойнейший Куруш желает, чтобы земли от Уммы до Падающих Вод превратились в выжженную пустыню, — процедил он сквозь зубы, — ибо таковы обычные последствия полета на джинне…
Замурру уставился на него бесцветными рыбьими глазами, и Лэн немедленно ощутил пощипывающий кожу холодок.
— Ты предрекаешь беды моей стране, маг? — невыразительным голосом спросил князь.
Сердце Лэна, прозванного Бар-Аммоном, трепыхнулось пойманным зайчонком.
— Напротив, благословеннейший. — Он пожал плечами, с трудом сохраняя на лице выражение спокойного достоинства. — Я только пытался объяснить господину Курушу, что некоторые заклинания могут быть слишком опасны…
— Нам нет нужды в твоих поучениях, — оборвал его Замурру.
