Автор
В глубине мистического Тартара, где лес сплетается с болотной чужеродностью, мир жителей пущей и дрыгвы выглядит как из книги приключенческого фэнтези. Среди деревьев и мутных вод - скромные поселки, в которых обычное человечество прячет свои тайны и удивительные ресурсы, оставаясь спрятанными от внешнего мира....
Приступ помешательства у странного «олбаста», кажется, прошел, но злить его было бы неразумно.
— Одного не пойму, — теперь Озимандия явно разговаривал сам с собой, — как тебе удалось миновать страну големов? Тут другого пути нет, кроме как через нее… Ну да ладно, садись, рыбу бери…
— Ты мне это уже предлагал, — осторожно заметил Лэн. — А сам с ножом набросился…
— Если б с ножом, ты бы со мной уже не разговаривал, — отрезал олбаст. Тут только ошарашенный Бар-Аммон увидел, что широкий нож по-прежнему спокойно лежит на столе, а из огромного кулака Озимандии торчит наполовину распотрошенная рыбина.
— Опять ты про договор. — Лэн, стараясь не упускать Озимандию из вида, подтянул тюк поближе к столу и уселся. — Может, объяснишь, в чем дело? И каких големов ты все время поминаешь?
Хозяин Камней поднял упавшую на бок скамью и водрузил на нее свое могучее седалище. Колеблющееся пламя рыбы-свечи отражалось в его темно-зеленых глазах, прячущихся под густыми, похожими на горный кустарник, бровями.
— Договор простой, — ответил он, сделав паузу. — Големы не переходят границы предгорий, олбасты не спускаются в долину, а ледяные демоны не охотятся на землях к югу от Падающих Вод. Любого, нарушившего договор, можно убить, и это не будет считаться преступлением. Впрочем, договор действует уже много сотен лет, и за все время такое случалось не больше десяти раз. Как думаешь, почему?
Лэн пожал плечами. Ни князь, ни Начальник Писцов никогда не упоминали о подобном договоре.
— Потому что все хотят жить, маг! Вот я и подумал: за каким дьяволом ты ко мне заявился? На героя, прости уж, ты не слишком похож…
— На героя? — снова переспросил Лэн. Он уже понял, что такая манера разговора позволяет выудить из Озимандии необходимые сведения, не выводя его из равновесия.
— Ну да! Ходили здесь, помню, всякие…. — Олбаст неприязненно покосился на стоявший в углу двуручный меч. — Похвалялись, что вернутся домой не иначе как с моей головой…
Судя по тому, что голова Озимандии пребывала на месте, а меч выглядел пыльным и заржавевшим, неизвестный герой не выполнил своего обещания, но Бар-Аммон почел за лучшее не уточнять обстоятельств давнего дела.
— Ты так и не объяснил, кого называешь големами, — дипломатично перевел он разговор на другую тему.
— Детей Реки, — буркнул Озимандия, вгрызаясь в рыбу. — Кого ж еще? Ну, знаешь, этих, из княжества…
— Жителей Уммы? — удивился Лэн.
