Автор
В глубине мистического Тартара, где лес сплетается с болотной чужеродностью, мир жителей пущей и дрыгвы выглядит как из книги приключенческого фэнтези. Среди деревьев и мутных вод - скромные поселки, в которых обычное человечество прячет свои тайны и удивительные ресурсы, оставаясь спрятанными от внешнего мира....
Голова немного склонилась в сторону, нижняя челюсть едва заметно двигалась, отчего казалось, будто он постоянно что-то пережевывает. Он здорово сдал за последнее время.
Не дождавшись ответа, магистр покивал головой.
— Ты такой же, как твой отец, — с усмешкой констатировал он, — его погубила излишняя щепетильность.
— Он выиграл время до подхода ополчения, — возразил я, — он помог спасти город.
— Что нам этот город? Ты же видишь, нас сторонятся, если не презирают. Мой брат погиб напрасно. Оставь гордыню — против тебя профессионал.
Напрасно он это сказал. Кто, если не последний потомок рода, будет блюсти кодекс ордена? Схватка за женщину будет честной.
— Что ты хочешь доказать и кому? Или ты думаешь, будто она все еще любит тебя и эта связь — ошибка? — в его назойливости было что-то жалкое и отталкивающее одновременно.
— За кого вы боитесь? — мне надоел разговор, иначе я не оскорбил бы его.
— Странный вопрос. Иногда ты очень несдержан, Марк.
Он опустил голову и потер ладони, будто ему стало холодно.
— Мне пора, я должен подготовиться, — я окинул взглядом залу.
Однажды камин погаснет навсегда. Ковры доест моль, проржавеет оружие, пыль и паутина покроет кресла и стол, за которым вершил судьбы Великий капитул. Любой союз когда-то распадается, любое братство умирает, изжив себя, но не так все должно было случится. Не так.
— Ты пойдешь в дом садовника?
— Да.
— Будь осторожен, мой мальчик. Кроме тебя мне не на кого надеяться.
У двери я обернулся и посмотрел на него. Он стоял у окна, заходящее солнце резко очертило его согбенный силуэт. Волосы магистра почти исчезли в прощальных лучах светила и голова была похожа на голый череп давно высохшего мертвеца."
"Выбор оружия не имел значения, но я отдал предпочтение арабской сабле с легким изгибом в верхней трети клинка. Мелкий ступенчатый узор, истончаясь и пропадая к кромке лезвия, создавал иллюзию капель крови, застывших на металле.
Я оделся в темные одежды, немного размялся — давно не фехтовал и надо было оживить мышечную память. В схватке с обычным оружием я, как минимум, не уступлю своему противнику.
