Новый лог севера вышел из укрытия для чтения древних писем небес. Воздух был морозным и свирепым, но старик стойко продолжал свой пост. Подойдя к яранге, он понял: восточная половина неба освещена кроваво-красной и зелено-свежей дугой — знаки предвещают суровый переход зимы. В этот миг сердце лога забилось с такой силой, что оно едва не вырвалось из груди....
Он знал, что служба безопасности «Макдоналдса» не допустит потасовки в заведении. Действительно, к взбешенной мухе уже устремились дежурный управляющий в бледно-лиловой рубашке и красном галстуке, два работника со швабрами и две затянутые в черную проклепанную кожу, наголо выбритые стриптизерши — охранники на дверях, по совместительству выполнявшие обязанности вышибал.
— Мидянин, готова вытяжка! — крикнули с кухни.
Рыцарь-паук с интересом наблюдал, как белобрысый Вася несет ему на подносике заказанный бульон.
Слегка перекусив, Леопольд XVII стащил со стола солонку — не потому, что она могла пригодиться ему в хозяйстве или он остался не удовлетворен качеством обслуживания, а чисто из любви к искусству. На выходе из «Макдоналдса» рыцарь-паук получил по номерку свое оружие и спецснаряжение и вышел на парковку, пребывая в глубокой задумчивости. Голод, конечно, прибит, но к вечеру он даст о себе знать с удвоенной силой. Заказать же сразу тазик трупной вытяжки пауку не позволяли приличия и отсутствие у него еще одного мешочка денег.
— Дядь, дай девятнадцать копеек на мороженое! — раздался вдруг у Леопольда за спиной булькающий утробный бас.
— Ступай в огонь вечный, анафема, — флегматично отвечал паук, отвязывая стрекозу от парковочного автомата.
— Это в смысле закурить ты тоже зажал? — раздался за спиной другой голос, на этот раз шелестяще-свистящий.
— Ребята, если хотите поссориться, просто подойдите и скажите: «Хотим поссориться», — миролюбиво произнес Леопольд XVII, оборачиваясь. — Не тратьте зря времени на эти египетские церемонии.
Перед ним, нагло раскачивая ложноножками, стояли рыцарь-амеба и, судя по костюму, его оруженосец, бледная инфузория.
