В мире, где силы Света и Тьмы ведут вечную борьбу, еще не пришел час последнего апокалипсиса. Рыцари и эльфы, пережившие грозный поход против Зла, должны противостоять новым угрозам: кочевникам, Лунному Червю и самому Черному Владыке. История о героях, которые не сдаются перед лицом мрака и...
Помнил только, как орал Щуке: «Пошел, дурак!» И, не оглядываясь, рвался через укрытый ноздреватым снегом лес.
Озадаченные варанцы за его спиной мыли сапоги, с хмурым любопытством поглядывая, как течение реки Веры уносит к Орису невесть чем набитую холщовую сумку.
«Может, там золото?» — предположил хозяин кобылы.
«Ага, бриллианты», — отозвался ему второй, подшибленный, кривя скепсисом губы.
— Господи, чуть не убили мальчишку. Хорошо, если стрела чистая, без яда… А все из-за этой суки… Мерзавка она, вот что я тебе скажу! — приговаривал Нерг, прикладывая к ране Гайса красную комковатую лепешку местной панацеи.
— Ай-с-с-с-с…
— А поддельное разрешение? Надо же было до такого дойти! — с трибунальными нотками в голосе продолжал Нерг. — Да ты хоть знаешь, что тебе светит, если это откроется?
— Да может, и не откроется еще… Не до меня им сейчас.
— До тебя, не до тебя… Будешь им потом объяснять в Красном Каземате. Что, мол, не на встречу с лазутчиком вражьим ездил, а за цветочками! Вот засекут тебя до смерти!.. А виновата будет Нимарь!
— Да при чем тут Нимарь? Можно подумать, это она меня надоумила туда отправиться… Сам дурак! — проворчал Гайс.
— Ты-то, конечно, дурак. Но причина не в этом. Она тебя спровоцировала. Она была причиной!
— Это мне не понятно…
— Красивые бабы обожают, когда ради них совершают так называемые подвиги… Подвиги распаляют в них похоть!
Гайс широко улыбнулся, хотя лекарство пребольно щипало, а рана под ним истерично пульсировала — впервые Нерг при нем назвал Нимарь «красивой бабой». Признал, так сказать.
— Да к чему ты такой… низменный? Что тут плохого? Цветы для одинокой женщины… — мягко сказал Гайс.
— Одинокой? Держите меня семеро! Нимарь — одинокая женщина!
— Объяснись.
— Вот тебе сведения к размышлению. По вечерам к госпоже Нимари ходит мой помощник, Рюк. Кстати, и днем Нимарь для Рюка всегда дома!
— Рюк? Механик? — в глазах Гайса вспыхнуло недоверие.
Нерг важно кивнул.
— Между прочим, сегодня Рюк был мне нужен на отладке автоматического стреломета. Но он, развратная и ленивая тварь, сослался на письменное разрешение старшего офицера Симелета, который, видите ли, направляет его к вдове высокочтимого господина Кнугеллина с не подлежащими обсуждению целями! — Нерг потряс распечатанным письмом и улыбнулся, как показалось Гайсу, победительно. — Отправляйся-ка спать. А про спавшись — подумай, ради кого ты рисковал своей бесценной жизнью! Кстати, деталь: Рюк никогда не ходит к ней днем. Только вечером, когда стемнеет.
