Автор
Максим вежливо помог женщине выйти из машины, но она отстранилась, оставаясь непринужденно. Его шея привлекла ее внимание, но Дина не осмеливалась лезть к нему. Вместо этого она прячется вдалеке, будто боясь быть вынужденной подчиняться его очарованию.
С другой стороны, разве ей есть что терять?
Когда пришло время ехать в клинику на очередной прием и УЗИ, она заранее попросила охрану отвезти ее в город, но те сразу донесли Максу, и он повез ее сам, еще и в кабинет попросился с ней зайти. Динка не разрешила бы, конечно, потому он у нее и не спрашивал, а спросил у докторицы, улыбаясь ей ослепительно и обезоруживающе. Та сразу приосанилась и тоже разулыбалась, Динку так и подмывало спросить, не лишняя ли она в кабинете и не стоит ли ей выйти подождать в коридоре.
Макс вообще со всеми был крайне любезен и приветлив, кроме нее.
Доктор-узист развернул к ним монитор, и Динка могла видеть, какой уже большой у нее вырос сын, она улыбалась, а Максим наоборот сидел какой-то застывший, по его лицу ничего нельзя было разобрать, а потом протянул руку и осторожно прикоснулся к монитору.
Зато без конца пялился на ее грудь, когда думал, что она не видит. А ей тогда тоже обидно становилось — не на нее саму, не на лицо, не на живот, а именно на грудь, которая выросла, наверное, уже размера до пятого, и с такой грудью вкупе с животом Динка ощущала себя атомным ледоколом.
Докторица отправила их на контроль сердцебиения, Динка уже знала, что у ее ребенка сердечко бьется в два раза быстрее, а Максима предупредить забыли. Он побелел и чуть не упал со стула, а потом сидел с очень странным видом, пока врач, делавший замеры, не догадался.
— Папа, что ж вы не дышите совсем, выдыхайте, а то нам еще вас откачивать придется.
И Макс правда шумно выдохнул. А потом Динку чуть ли не на руках собрался в машину нести, только все это молча, хоть бы слово сказал, хоть какую-нибудь незначительную мелочь, например, что он ее любит и не представляет себе без нее жизни.
