Автор
Йори. Четыре года назад — Костя отступает шагом, сует руки в карманы брюк и раскачивается, словно маятник, объясняя свою неприязнь. А я только кивал, точно так же как минуту назад, заставляя себя верить в его слова о том, что "ничего не может быть", и даже когда до этого — "я просто почувствовал одиночество"....
Поэтому остается только надеяться, что на этот раз я точно разлечусь вдребезги и от меня просто ничего не останется, и нечему будет болеть.
— Я просто… кажется… слишком сильно тебя люблю, чтобы быть просто временной женой. — Эти слова произнести не так уж сложно. И после них во мне появляется странная эйфория. Как будто поборола свой самый большой страх, и теперь могу смело смотреть ему в лицо. — Но ты и так это знаешь, да?
— Ты солируешь, выдумщица, я не буду вторгаться своим мужланством в твой монолог. Надеюсь только, что когда придет моя очередь, ты проявишь столько же уважения в ответ.
Было бы гораздо проще, если бы после моих этих слов он все-таки сказал, что чувствует. Простое: «Извини, ты же помнишь, что я одиночка и что у меня принцип не ввязываться в серьезные отношения» — и я больше просто не открыла бы рот.
— Ты важен для меня. Не просто как красивый мужчина, не просто как человек, чей мозг вызывает у меня непрекращающуюся эйфорию. Ты важен как мужчина, которого я хочу называть своим. По-настоящему.
— Если ты не против, я бы хотел говорить сам за себя, — довольно жестко обрывает мои попытки спрятаться за бесшабашностью Андрей.
Я тупо киваю. Хочется сказать много, намного больше, но в сухом остатке это все равно будет еще одним признанием в моей слабости. Самобичевание я оставлю на потом, когда вернусь домой и грустными дождливыми вечерами буду мечтать о той жизни, где мне хватило смелости не сбежать и — кто знает? — за пару месяцев вынужденного договорного брака переубедить своего одиночку довериться еще один, последний раз.
Глава сорок девятая: Андрей"
"Если бы Йори не была Йори, а была бы какой-то другой женщиной, я бы никогда не поехал за ней, потому что еще чертову кучу лет назад пообещал себе никогда не бегать за женщинами. Ушла — и на хуй. Гора с плеч. Правда, от меня и уходили-то всего пару раз, и обычно как раз когда я просто не успевал попрощаться первым.
