Я готов говорить, доказывать, объяснять, но они тупо смотрят, то ли как забравшегося на недостижимые высоты в своих фантазиях больного, то ли как на… даже не знаю кого…
Делаю ещё одну, похоже, безнадёжную попытку:
– Или про то, как выглядит повседневная жизнь одного жителя 21 века? Со всеми деталями и мелочами? Которые тут, в 41-м никто представить не может?
Тут, уже махнув рукой и не дождавшись какой-либо реакции, просто излагаю то, что предложил.
– Расскажу про мой предпоследний день в 2018-м, после которого утром следующего я к вам сюда, в август 1940-го, попал…
Глава 10. Не советский человек. Часть II
Май 1941. В.А.Волкова
За эти месяцы я достаточно изучила, как мне кажется, Рожкова. И всегда поражалась его надменности и апломбу. Отчасти, оно было оправдано – легко посмеиваться, когда знаешь, что «было после», но иногда я… ну, может и не ненавидела его, но что-то близкое испытывала.
Но вот сегодня Никита был обескуражен сам. Губы сжаты. Явно скоро кто-то из… титулованных и знаменитых товарищей в свой адрес услышит. Гадкие слова уже начинают проскальзывать в речи человека из 21 века.
Похоже, Рожков уже не просто обескуражен и злится. Он – разочарован.
Прошлогоднее знакомство с путешественником во времени, многие разговоры о жизни простых людей ТАМ… да, я слышала и видела многое, выхватывала кусочки иной жизни, из видеоклипов, фотографий и рассказов. Пусть те же клипы были постановочные – но публика то на концертах, её поведение – настоящее! И фотографии улиц и людей маленького городка в Молотовской области/Пермском крае заставляли сравнивать. В 21 веке легко можно было жить и не оглядываться, «что скажут другие».
Отвратительный индивидуализм, возведённый в абсолют? Или естественное поведение, учитывая то, что каждый человек неповторим? Не знаю, к какой точке зрения я ближе. Думать однозначно, как раньше, теперь, без сомнения, не могу.
Зараза из будущего, частично конечно, но всё же проникла в меня.
Интересно, поменялись – ли в чём то взгляды Рожкова на нас? Или он по прежнему в глубине души считает всех советских людей – «совками» (какой омерзительный термин! Хуже только «хомо советикус»…), а именно нас, сотрудников НКВД – «винтиками безжалостной тоталитарной машины»?
Но именно сегодня, когда Рожков буквально был потрясён столь явным недоверием очень уважаемых и заслуженных товарищей, он, испробовав разные слова и подходы, убеждая их всех, в том, что он – «попаданец» из иного времени/Вселенной, не прибегая к безотказному и неопровержимому средству в виде образцов техники будущего, пришелец меня удивил снова рассказом.
Фразы, как в сентябре прошлого года, буквально резали, буквально кричали иной жизнью, иным временем.