Не хочу об этом думать. Мне нужно срочно забрать её оттуда. Мне нужно, чтобы она была рядом. Столько, сколько сможет. И я надеюсь, что еще не поздно! Дверь приоткрыта, я захожу внутрь. Её нет. Её чемодана тоже. Трясущимися пальцами набираю ее номер. Недоступен."
"Глава 41 - Звено цепи
Теона Ямирян. Ямирян Тея. Все, что могу я уже прошерстил в интернете. Пусто и мертво. Её нет неделю. Со мной. А может уже нет в принципе. Я запрещаю себе обзванивать морги. А больницы уже все обзвонил. И здесь, и в пригородах.
Испарилась! Я всё время думаю – почему? Почему она сделала так? Я постоянно виню себя за то, что ушел. Мне казалось, что моё понимание ситуации может как-то помочь ей. Но она была права. Не в моей это власти. Зачем она стерла наше «сегодня»? Нет, Игорь не врал. Всё правильно, она нашла во мне убийцу. Ну и пусть… пусть… я готов! Она мне тоже уже говорила об этом. Я помню несколько строк, они впечатались: - Я стану маленькая, меня позовут домой... У смерти моей будут руки твои, и взгляд будет твой… Как удивительно точно! Мой ноутбук ничем больше не может мне помочь.
И я выхожу на улицу. Под палящее солнце. Выхожу и замираю у подъезда. Куда идти? Куда?!... Мне некуда идти. Мне везде пусто и бессмысленно без неё. И каждый свой час я думаю о ней. Как она? Жива ли? Есть ли у нее кто-нибудь… ну… к кому она может пойти… Я ведь не знаю ни одного ее реального знакомого. Кроме Игоря. В кармане моих джинсов его постиранная визитка. Я кручу в пальцах потрепанный квадратик картона.
Набираю. - Да. - Это Матвей. - Что случилось?.. – срывающимся голосом. - Я не знаю. Она ушла тогда из твоей квартиры, не дождавшись меня. Я не могу её найти. - Ясно. - Где она может быть? У неё есть кто-нибудь из близких? - В Казахстане. Здесь – только я. Да какой же ты «близкий»? Разве она пойдет к тебе? - Дай мне, пожалуйста, какие-нибудь контакты. - Нет. Я сам. Будут новости – сообщу. Но… - Что? - У неё моя кредитная карта, Матвей. Я ее пополняю. И мне приходят отчеты – когда и где она снимает деньги.
Она перестала их снимать. Других доходов у нее нет. Скорее всего… Скидываю вызов. Нет. Нет, нет, нет… Она просто перестала их снимать. Всё. И я опять стою, выкуривая очередную сигарету. И вспоминая почему-то наш сгоревший отвратительный пирог, и как мы с удовольствием его уплетали. И привкус кофейного крема у меня во рту очень явственно. Мои губы растягиваются в улыбке на несколько секунд. Она трансформируется в болезненную ухмылку.
