Марк – талантливый математик с непростым характером. Клава – единственная женщина, понимающая его душу. Но он предлагает только дружбу, запрещая ей надеяться на большее. Спустя десять лет они встречаются вновь. Смогут ли они наконец признать истинные чувства, или формула их любви останется...
Раздел Chitat.online для книги «Формула моей любви» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Марк – талантливый математик с непростым характером. Клава – единственная женщина, понимающая его душу. Но он предлагает только дружбу, запрещая ей надеяться на большее. Спустя десять лет они встречаются вновь. Смогут ли они наконец признать истинные чувства, или формула их любви останется...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Марк – талантливый математик с непростым характером. Клава – единственная женщина, понимающая его душу. Но он предлагает только дружбу, запрещая ей надеяться на большее. Спустя десять лет они встречаются вновь. Смогут ли они наконец признать истинные чувства, или формула их любви останется...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Марк честно попробовал исполнить то, о чем она просила, со всем тщанием, на какое сейчас был способен, но предательская боль все нарастала и нарастала, хотя он все же попробовал ее преодолеть.
– Дышите медленно, размеренно, спокойно. Вот так: вдо-о-ох, на десять счетов, непродолжительная задержка дыхания и долгий выдох. Вдо-о-ох и вы-ы-ыдох, – повторяла и повторяла она счет, под который он мерно дышал, словно читала колдовское заклинание, а он слушался и дышал под ритм, задаваемый ее голосом: – А сейчас вы повернете голову в сторону реки и, когда я скажу, откроете глаза и не будете ни о чем думать. Вообще ни о чем, – заговорила она вдруг совсем уж чарующим, тихим, низким, с еле уловимой хрипотцой, но четким голосом.
Он повернул голову в сторону реки, как она и просила, и пытался сделать все, как она велела, – дышать медленно, размеренно и спокойно, ни о чем не думать и попытаться отодвинуть боль.
– А теперь, – сказала она, еще чуть понизив голос и придвинувшись к нему поближе, – открывайте глаза и смотрите.
И он распахнул глаза… И обмер, застыв на какое-то мгновение, позабыв обо всем, даже о пыточной боли.
Прямо перед ним, за рекой, за лугом, вытянувшимся длинным прямоугольником, по бокам которого молчаливыми стражами стояли леса: справа – смешанный хвойно-лиственный, а слева – темный, хвойный, серьезный, а за лугом, протянувшимся до горизонта, садилось ставшее нереально большим от зыбкого марева багряное солнце, освещая все вокруг фантастическими красками.
– Ни о чем не думайте, – колдовским голосом шептала ему прямо в ухо девушка, словно обволакивая его чем-то невидимым, теплым, надежным и нежным. – Впустите в себя то, что видите, в самое сердце, и проживайте во всем объеме то, что видите и чувствуете. И дышите медленно, спокойно, вдыхайте то, что видите. – И произнесла, словно выдохнула, совсем уж зачарованно: – И всё-ё…
Марк неосознанно, подчиняясь какому-то внутреннему импульсу, вытащил свою ладонь из ее рук, перевернул и осторожно сжал ее ладошку в своей – так было правильней и так было необходимо ему в этот момент – и смотрел на этот фантастический закат.
Чудесным, непостижимым образом куда-то ушли все его мысли, уступив место ощущениям и чувствам, в которых незаметно растворилась на какое-то время боль. И он почувствовал, как входит в него вся та красота, которую он созерцал, со всеми нюансами и подробностями: с запахами, звуками, ощущениями, с нереальными красками и оттенками.
Они сидели вдвоем, привалившись друг к другу плечами, замерев, не двигаясь, он держал ее тонкую ладошку в руке, и смотрели на закат, проживая вместе все стадии уходящего дня, смотрели на сумерки и на опустившуюся следом ночь.
