Формула преступления — читать онлайн бесплатно полностью

Значение ее невозможно переоценить: внимание критики, всего художественного сообщества, ну и так далее…

— Чем же объяснить отсутствие картины?

Опершись на трость и неуверенно качнувшись, Гайдов спрятал ее за спину:

— Это как раз невозможно понять… Только что разговаривал с господином Музыкантским, устроителем вернисажа, так он уверил: Макар не появился вчера, когда развешивали картины, как должен был, хотя его ждали до позднего вечера. Что совсем странно: его не было и сегодня! Признаться, меня куда больше тревожит не картина, а племянник.

— У молодого человека может найтись множество причин, чтобы загулять… Барышни и все такое… — глубокомысленно изрек знаток пороков юности.

— Не может! — резко ответил Михаил Иванович. — Макар работал над полотном чуть не год, столько сил вкладывал, столько души… Жил отшельником, погрузился в работу без остатка. И исчезнуть накануне триумфа… Невероятно! Что-нибудь еще приходит вам на ум?

— Быть может, не успел закончить к сроку.

— Картина была готова две недели назад! Оставалось только лаку просохнуть.

— А если… — Родион выразительно щелкнул по горлу. — Извините…

— Это дикость какая-то! Не мог же он напиться до бесчувствия накануне выставки!.. Да и крепче вина не пил ничего…

— Тогда необходимо… — начал Родион, собираясь блеснуть веером версий, но его остановил властный жест.

— Нет, не могу дольше ждать… — заявил Гайдов. — Родион Георгиевич, умоляю об одолжении, раз уж сами проявили интерес: пройдемте со мной на квартиру Макара? Что-то на душе неспокойно.

— Здесь недалеко, на Гороховой улице. Туда и обратно? А?.. Ну соглашайтесь… Все-таки представитель власти… И живопись любите… А уж в моей благодарности можете не сомневаться…

— Честное слово: туда и обратно. Только рядом побудете. Надеюсь, Макар просто захворал и не смог сообщить… На душе неспокойно. Сделайте милость. А как закончим — с меня отличный обед. Ресторан сами выбирайте. Договорились?

Чтобы не показаться слабохарактерным любителем роскошных обедов, что для чиновника — стыдно, Родион позволил поуговаривать себя еще немного, хотя готов был рвануть с места не хуже бегового скакуна: любопытство пришпоривало нещадно.

Прозрачная тишина воскресного города переливалась топотом редкой пролетки. Под скрип магазинных вывесок за ртами витрин зевали осоловевшие приказчики. Пустые улицы катали обрывки газет по булыжникам мостовой, а редкий прохожий лениво шуршал каблуками.