Беат действительно совершила невозможное: за четверо суток мнимого беспамятства она сумела в неимоверном напряжении всех своих способностей, войти в полноценный контакт с организмом человека.
«Одиночке» не нужен сон.
Я - это ты. Ты - это я.
Одно откровение следовало за другим.
Медленно пробуждающиеся биологические нейросети постепенно начали воспринимать данность, заново рожденная личность не отторгала источник воздействия, и Беат вдруг почувствовала, что внутреннее раздвоение прекратилось. Ее нейромодули теперь воспринимали ответные биохимические реакции, и чувства, до этого не имевшие иной опоры, кроме воспоминаний о прямом контакте с разумом Ивана, внезапно наполнились содержанием, она начала в реальности ощущать реакции организма, для нее стало потрясением понимание хрупкости человеческого тела, его недолговечности…
Они остановились в руинах города инсектов.
Беат смутно воспринимала реальность, лишившись сканирующих комплексов, она могла воспринимать мир лишь посредством человеческих органов чувств, а они, из-за слабости истощенного организма, не давали ясного последовательного представления об окружающем. К тому же Беат приходилось учиться новому распознаванию образов, информация, получаемая ей, в корне отличалась от исчерпывающих отчетов датчиков.
Все абсолютно все воспринималось иначе, теоретические знания человеческого метаболизма давали ей возможность регулировать некоторые из процессов, сокращая период «реабилитации», но многому приходилось учиться, к примеру, ей было невероятно трудно управлять голосовыми связками, так же Беат не могла в полной мере оценивать данные, исходящие от органов обоняния, некоторые физиологические процессы, естественные для человека, вызывали у нее недоумение.
И все же она боролась.
За четверо суток, пока небольшая группа спасших ее бойцов двигалась через болотистые джунгли, «Одиночка» смогла справиться с поставленной перед собой задачей - исследовать организм, научиться элементарным с точки зрения человека действиям.
- Все привал. - Голос Огюста прозвучал совсем близко. - Положите ее подальше от входа и укройте.
Для Беат наступило очередное потрясенное прозрение.
- Хотел бы я знать, как она смогла обмануть инсектов? Или мы зря тащим ее с собой? - Раздался в ответ голос Сергея Немершева.
- Мы оба слышали, как она просила о помощи. Опустошенные не могут говорить.
- Да знаю я. Только…
Мир несколько секунд двоился, сумеречное помещение в котором они укрылись, пахло болотом.
Зябкая сырость пробирала до костей.
- У нее лихорадка, Серж. У нас есть еще аптечки?
- Все израсходовали. Остались только стимуляторы и немного пищевых таблеток.
- Ладно. Подождем. Осторожнее с огнем.
Беат начала различать детали.